Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Инди поблагодарил их на хинди – он узнал язык.

Вилли заглянула в чашу и поморщилась:

– Фу, я не могу это есть. Там какие-то комки.

– Они столько и за неделю не съедают. Они проявили щедрость, хотя сами голодают, – тихо произнес Инди.

Вилли посмотрела на изможденное лицо женщины, подносившей ей чашу, и сказала:

– Я не буду. Возьмите.

– Вилли, ешьте! – резко приказал Инди.

– Спасибо, я не голодна, – обиженно проговорила Вилли. Понять ее было можно – еда туземцев не вызывала аппетит.

Инди взял кусок и положил себе в рот – нда, на вкус тоже не очень.

Даже непонятно, что это такое, хотя Инди очень хорошо разбирался в национальных блюдах. Но скромные подношения были сделаны от всего сердца и требовали ответной благодарности.

– Мне за вас стыдно, Вилли, – тихо сказал Индиана, – своим отказом вы обижаете их. Так что давайте ешьте.

– Действительно, – поддакнул Коротышка и положил кусок себе в рот.

Вилли вздохнула и подцепила рукой слипшийся кусок, снова вздохнула, положила еду в рот и начала жевать. Смешно сморщилась, а потом проглотила.

Золотые блики закатного солнца постепенно угасали, и в хижине становилось темно. Порывы сильного ветра шевелили солому на крыше, наводили на невеселые размышления.

– Нас ждут плохие новости, – прошептал Коротышка, вслушиваясь в завывание ветра. – Ой, чувствую, плохие будут новости.

Инди обратился к вождю на его языке:

– Не могли бы вы дать нам проводника? Нам нужно добраться до Дели. Я профессор, преподаю в университете. Меня ждут мои студенты.

– Да, конечно.

С вами пойдет Санджу, – проговорил вождь на английском. Голос у него было низкий и скрипучий, как у высохшего дерева. Вождь объяснил, что деревня их называется Майапоре. – Но по пути в Дели вы остановитесь в Панкоте, – прибавил он.

– Это невозможно, – удивился Инди. – Панкот находится совсем в другой стороне.

– И все же вы должны посетить Панкотский дворец, – упрямо повторил вождь.

Инди был наслышан о Панкотском дворце. Но все кровавые события, происходящие в нем, закончились задолго до его рождения.

– Насколько я знаю, дворец пустовал уже начиная с 1850 года, – сказал Инди.

– Это не так, – произнес вождь. – У них сейчас новый махараджа, и дворец снова является обителью тьмы. – Старик с грустью посмотрел на свой народ, столпившийся у входа – эти люди хотели знать, что за разговор ведется их старейшинами.

– В этом дворце гибнут наши люди, – заговорил шаман.

– Что же там происходит? – удивился Инди.

– Зло рождается в Панкоте, – ответствовал шаман.