Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Заговор против короны? Какой еще, к чертовой матери, заговор против короны, и каким макаром Арк оказался в него втянут? Хотя скорее всего, до непосредственно заговора дело не дошло — иначе бы его, вместо такого стремительного понижения, попросту отправили бы на эшафот. Но вот более подозрительную, опасную и всячески нехорошую ситуацию мне трудно было даже представить."

"Кажется все, на что я теперь была способна, это стоять статуей посреди спальни, таращясь на треклятое письмо… которое, к слову, снова приняло вид слащавого любовного послания.

Что, как ни крути, было отличной маскировкой. Причем довольно жестокой с поправкой на то, что отправлялось письмо женатому мужчине, жившему с супругой в тесной квартирке. Без собственного кабинета с массивным рабочим столом, в закрывающемся ящике которого его можно было бы спрятать.

Только вот почему же маскировка слетела?

Задумавшись, я бросила взгляд на Клавика, который начал ворочаться в кроватке.

Интересно, не от того ли это, что я дотронулась до него, держа в руках письмо? Если маскировочное заклинание было как-то связано с кровью Аркадия, то возможно после того, как однажды завеса была им снята, его сын как-то проявил настоящее послание?

Из транса меня вывел все тот же Клавик, который начал потихоньку просыпаться, жалобно скуля — похоже, вакцина уже начала действовать.

Спохватившись, я торопливо сложила лист бумаги, спрятала его обратно в конверт и положила обратно в комод — так, будто он и не выпадал вовсе, а я его не заметила, пока меняла белье.

И беря на руки хныкающего малыша, искренне порадовалась тому, что он своим пробуждением одернул меня быстрее, чем Аркадий вернулся домой.

ГЛАВА 9. Незваные гости

На второй день после прививки Клавику все еще было плохо. Температура (благодаря жаропонижающему остававшаяся в пределах тридцати семи) и все сопутствующие ей неприятные ощущения впервые вцепились в крошечный организм. Который не то, что не мог с ними морально справиться — не понимал, что вообще, как и почему.

Так что я была рада выходному мужа, который, видя страдания сынишки и мою измотанность, неплохо помогал с ребенком. В результате у меня даже получилось немного поспать. Правда вот спала я (как и минувшей ночью) с Клавиком под боком. Материнское молоко помогало ребенку лучше справиться с болезнью, да и пить ему нужно было в таком состоянии побольше. Но в перерывах Аркадий сам носился с ним, успокаивал и качал на руках. Ребенок же с ним даже как-то меньше плакал.