И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает читать онлайн

Когда он предстал перед коронером, на его лице отражались попеременно то необузданная алчность, то слабоумие."

"– Ну, Гормли, что это еще за история с отстойником? Вы говорили, он был пуст?

– Да, ваша честь.

– Но, разумеется, яма быстро наполнилась бы водой, если в доме открыть кухонные краны и прочее.

– Ну уж нет.

– Почему?

– Потому что я закрутил вентиль.

Вмешался Олдфилд, положив перед коронером чертеж, который передал Литтлджону пастор.

– Судя по данной схеме, здесь две камеры: одна наполняется первой и содержит микрофлору, – проговорил коронер.

Восемь человек на скамье присяжных приняли глубокомысленный вид. Мистер Каррадайн продолжал с трудом разбирать чертеж.

– В первой камере собираются твердые отходы, оседают на дно и разлагаются из-за бактерий. Жидкость перетекает во второй резервуар по горизонтальной трубе, проходящей на глубине середины первой емкости, фильтруется через слой грунта на дне и, уже очищенная, поступает в канаву, откуда уходит в почву.

– Ну да, вот именно.

– Прекратите шаркать и отвечайте, Гормли!

Исайя одолжил у сына и пару ботинок, но те оказались ему на размер малы, поэтому он яростно топтался на месте, пытаясь облегчить мучения. Исайя прочистил горло и собрался плюнуть на пол, потом опомнился и сглотнул, так что кадык резко дернулся.

– Послушайте, Гормли. Вы закончили работу и закрыли люк камеры?

– Нет.

– Почему же вы бросили работу на половине еще до полудня?

– Я объявил забастовку.

– Что?

Мистер Каррадайн заметно оживился. Подобные акции были как раз по его части.

– Я объявил забастовку, – с нажимом повторил старик, тупо разглядывая большой, в раме, портрет покровителя института, покойного полковника Филлимора-Кадби, что на протяжении двадцати двух лет бессменно за отсутствием иных кандидатов представлял Эвингдон в парламенте и за все это время не произнес ни единой речи в палате.

– Объяснитесь и сотрите эту дерзкую ухмылку с лица. Здесь суд, а не пивная.

Присутствующие заволновались, послышались сдавленные смешки, возмущенный ропот и надрывный плач – младенец миссис Гормли наконец обнаружил, что соска – лишь пустышка. Старый Гормли покосился на часы и вдруг сообразил, что не успеет в паб до закрытия, если не поторопится.