К Марии понятно за что: за науку. А к Анне? Ни один из написанных на сегодняшний день эпизодов не предполагал подобных чувств к холодной и замкнутой красавице, над которой к тому же еще и злой рок тяготеет, но я был уверен, что благодарность должна быть. Только вот за что? Мне казалось, что, как только я это пойму, финал книги выпишется автоматически. Благодарность...
Вместо того чтобы думать о книге, я вдруг съехал мыслями в свои школьные годы. На уроках математики я сидел за одной партой с Иркой Бенедиктовой, самой умной девочкой в классе, круглой отличницей.
Кроме того, она была еще и красивая, и очень спокойная и дружелюбная, совершенно не задавака, несмотря на то что папаня ее занимал какой-то жутко высокий пост в каком-то министерстве, чуть ли не заместителем министра был. Ирка ужасно нравилась мне, я даже был почти влюблен в нее. И кто знает, как сложились бы наши отношения в романтическом плане, если бы не та злосчастная контрольная по алгебре в девятом классе.
Одним из заданий контрольной было построить отрезок, равный корню из двух.
Уж не знаю, какой боженька меня в этот момент поцеловал в темечко, но я мгновенно сообразил, что задачка на самом деле находится на стыке алгебры и геометрии и что заниматься вычислениями в данном случае не нужно. Достаточно просто построить прямоугольный треугольник с катетами, равными одному сантиметру, и длина гипотенузы окажется равной точнехонько корню из двух. Я быстренько выполнил требуемое, решил остальные примеры и огляделся.
Ирка сидела с несчастным видом и логарифмической линейкой в руках, видно, пыталась выйти из положения чисто алгебраическим способом. Я толкнул ее в бок и развернул листок с контрольной так, чтобы ей было видно. Ирка - умница, сразу сообразила, в чем тут фокус, и благодарно улыбнулась мне.
Через три дня учительница математики раздала нам проверенные контрольные. Ирка, естественно, получила свою пятерку, никаких других оценок у нее отродясь не было. На моем же листочке красными чернилами красовалось: ""2.
Списано у Бенедиктовой"". Разумеется, учительнице и в голову не пришло, что отличница Бенедиктова может не справиться с заданием, поэтому полагала, что ""хорошист"" Корин наверняка списал у нее. Как же могло быть иначе? Ведь, как выяснилось, из всего класса эту хитрую задачку про корень из двух решили только мы двое. Ну Бенедиктова - это святое, она, конечно же, сама додумалась, на то она и самая умная в классе.
