Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Вот и сегодня ты бы отправилась на рынок, потом полезла бы проверять сырье, потом…

Фанндис недоговорила, а я просто пожала плечами:

— Я получаю от этого удовольствие. Мне нравится выискивать новые специи и комбинировать их со старыми. Экспериментировать с шоколадом. Я же купила хладовар, но до сих пор не сделала ни одной партии мороженого. Ой, кажется, нам не положили чашки.

— Ничего, — Фанндис вытащила из кармана несколько бумажных листков, — уж за три часа мы чай выпьем.

Теплые булочки, ароматный чай и нежное сливочное масло — все выглядело так аппетитно! Мне даже стало немного неловко, мы ведь с Альдисом совсем недавно ели!

После нашего уличного чаепития день покатился своим чередом.

Все, что меня порадовало, это драконятки — они улизнули от Исара и пришли в мои покои.

Лотта принесла букетик цветов, а Марк половину шоколадки:

— Я не кусал, а отламывал!

Мне было приятно такое внимание, но… С чего вдруг?

— Ты же нас не бросишь? — Лотта подняла на меня грустные глаза.

— Мы слышали, как Лила с Нюттой болтали, что видели, как папа тебя целует.

— Потом Лила сказала, что ты наверняка отправишь нас куда подальше, потому что мы гадкие неблагодарные дети, которые вытащили из подземелья портрет предыдущей леди Дальфари, — в голосе Марка звенела горечь.

— Мы не гадкие, — Лотта хлюпнула носом, — просто…

— Никто никогда никуда не отошлет вас, — хрипло проговорила я. — Никто и никогда. Это ваш дом, дети. Ваш отец так сильно любит вас…

Лотта прижалась ко мне и доверительно прошептала:

— Я слышала, как бабушка говорила, что папе нужны здоровые дети.

Они с Силией сидели и говорили про нас. Что мы совсем негодные.

— Потому что больные, — угрюмо добавил Марк.

«Боги милосердные, а ведь все мы отчего-то считали, что эта драма прошла мимо детей», пронеслось у меня в голове.

— А Силия опять здесь, — Лотта шмыгнула носом, — вдруг она за нами пришла? Нютта говорила, что другая бабушка предлагала отправить нас в Озерный Край.

В храм Обреченных, чтобы мы не знали горя и боля.

— А Лила сказала, что там детям помогают умереть, — Марк грустно посмотрел на меня.

У меня перехватило горло:

— Да кто они такие?!

— Нютта и Лила мамины камеристки. Они раньше жили с бабушкой на Сапфировом Пике. А потом переехали сюда вместе с мамой.

Сердито покачав головой, я попросила детей вызвать служанку. Потому что, к сожалению, опять забыла, как это сделать.