Отдавшись этим чувствам, она машинально извернулась, вызывая недовольство своего водителя, обхватила его руками за пояс и положила голову ему на плечо, вызывая в нем уже другие эмоции, но сейчас ее не волновало ничто, с его плеча она очарованно смотрела назад, на свою прекрасную лошадь.
Эпизод 8
Безумная
Во двор начали падать трупы лучников. Ульрих не удивился, его это даже раздосадовало. Он подумал, что его отряд самовольно вернулся в замок и решил спасти его таким образом. Но, сейчас ему не из чего было выбирать.
Он пытался закрыть от стрел Грома. Конь был весь в крови и хромал, и рыцарь не мог сейчас рассмотреть, насколько серьезно он ранен. Надо было спрятать коня, и под рукой не было ничего, кроме трупов, которых благо нападало со стен достаточно много. Гром был привычным к запаху трупов и крови, но все-таки ему очень не понравилось, когда их на него стали наваливать. Ульриху пришлось даже жестко приказать коню не двигаться."
"Когда во дворе раздались крики «баба», «ведьма» и «черная смерть», он невольно вздрогнул.
Неужели, ко всем бедам, в город все-таки пришла чума. Он помнил читанные им сообщения о чудовищной катастрофе дикого разгула смерти, разразившейся в Европе, охватившей все население ужасом и паникой. Волны сумасшествия, безверия, отчаяния, цинизма душевного самоуничтожения терзали города, через которые прошла эта занесенная из Азии страшная болезнь. Страх и бессилие перед необъяснимой беспощадной напастью заставлял людей, не находящих материальных причин ее возникновения и способов борьбы с ней, выдумывать причины и способы мистические, надеясь снискать защиты нематериальных сил.
Комтурству Ульриха и нескольким соседним до сего дня почему-то везло, чума обходила их стороной, продолжая свирепствовать где-то за их пределами, в то время пока их поразила болезнь, за которую казнили старуху-лекарку, и все решили, что ее смерть спасла их от мистических сил. Ульрих решил тогда, что чума не тронула зараженные эпидемией земли, потому что не могла развиваться вместе с ней, но отец Риммен, занимающийся медициной, развеял его предположения.
Он похолодел, подумав об Эрте. Ее определенно могли принять за ведьму, наколдовавшую эту жуткую болезнь. Очень уж она отличалась от местного населения, а ее удивительные красота и здоровье совершенно точно могли быть растолкованы невежественным плебсом как милости, дарованные ей дьяволом за службу ему. Он подумал, что зря оставил ее в городе.
