Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Исключение составляла только одна небольшая, уже знакомая спальня — та самая, в которой обитала я.

Стоило открыть дверь, как стало понятно — никто ничего не делал. Вещи находились ровно в том беспорядке, в каком пребывали в день моего отъезда к Бертрану.

Я сначала расстроилась, а потом вспомнила, что обещала кухарке вернуться не сегодня, а через несколько дней. Может не стоило покидать квартиру Дрэйка так рано? Вдруг, войди я в особняк чуть позже, картина была бы другой?

Я подумала и поняла — нет. Ничего бы не изменилось.

Для обитателей дома наследница — пустое место. Можно посокрушаться, повыяснять причины такого отношения, но, как по мне, это не имеет смысла. Важно лишь то, что ситуацию надо исправлять.

— Что ж, пойдёмте дальше, — вновь подал голос Хайс, и я кивнула.

И вот там, на третьем и последнем этаже, всё изменилось. Утро перестало быть томным. Всего несколько шагов по коридору, как тишину пронзил возмущённый вопль:

— Так! А это ещё что?

Офелия. Опекунша, одетая в пеньюар с бесконечным количеством воланов, который делал её ещё пышней, появилась внезапно.

Женщина сонно хлопала глазами, лицо выглядело помятым, рот напоминал пухленькую букву «о».

— Алексия, милая! — воскликнула дама, увидав меня. — Ты дома, и это прекрасно. Но что это такое? Кто этот человек? Почему он смеет распоряжаться в этих стенах?

Тут из-за спины опекунши выглянула та самая служанка с повадками гадюки.

— Это особняк рода Рэйдс! — продолжала Офелия. — И пока я здесь хозяйка…

Там было какое-то продолжение, но я не услышала.

Зато поймала вопросительный взгляд Хайса и поспешила ответить:

— Мне восемнадцать, но юридически я всё ещё под опекой.

Мужчина не обрадовался, а я поняла, что остаться леди в этой ситуации не получится. Увы, сейчас придётся орать, напоминая обитателям моего — да, да, всё-таки моего! — дома, кто есть кто.

Я прикрыла глаза, позволяя Офелии выплеснуть первый заряд энергии и заткнуться. Адреналин зашкалил. Моё подгорание перешло в термоядерную реакцию, ещё немного и планка ярости вообще упадёт.

— Вы! — опекунша обращалась к Хайсу. — Что вы себе позволяете? Немедленно покиньте…

«Ну всё, — отметила мысленно. — Никаких рекомендаций мне не светит».

А так хотелось, чтобы Хайс посоветовал кого-то толкового. Чтобы у меня, хотя бы временно, появились слуги, с которыми можно вести адекватный диалог.

Распахнутые глаза, сжатые в полоску губы, я приготовилась броситься в атаку. Ненавижу ссоры, но увы придётся. Кое-кто явно попутал берега.

Миг.