Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я опускаю голову на ее макушку, поворачиваясь, чтобы вдохнуть аромат ее вишневого шампуня.

— Мне жаль, — бормочу я, касаясь губами ее золотистых прядей.

— Я всегда думала, что сдержу это обещание. Никто никогда не думает, что выйдет замуж по чему-то, кроме любви, верно? Но, чувство вины появилось после того, как я подписала чертов контракт с Альберто. И неважно, сколько раз я звонила на вашу горячую линию, я так и не смогла избавиться от ужасного чувства, что подвела ее, — она втягивает воздух, затем прерывисто выдыхает.

— Вот почему мы не можем продолжать в том же духе, Анджело. Рано или поздно он узнает, и когда это произойдет, он убьет меня и все равно сделает с Заповедником все, что захочет. Нарушение моего обещания, данного маме, не может быть напрасным.

Он все равно убьет тебя."

"Некоторое время мы сидим в тишине, передавая сигарету из рук в руки. Начинается прилив, волны теперь мягко разбиваются о скалу, на которой мы сидим. Над нами духовой оркестр врывается в акустическую версию песни Стиви Уандера «Isn’t She Lovely».

Радостные возгласы и смех разносятся по ступеням и сквозь деревья, и к тому времени, когда они достигают тишины берега, они звучат зловеще.

Когда вода покрывает песок вокруг нас, я засовываю сигарету в рот и наклоняюсь, рисуя линию на мокром песке.

— Вот.

Рори опускает на нее взгляд.

— Что это?

— Линия на песке.

Ее рот подергивается.

— Верно, и мы не можем пересечь ее.

Волны накатывают обратно, лениво омывая линию и размывая ее.

— Я знаю, каково это — подводить свою маму.

Заявление легко слетает с моих губ, прежде чем я успеваю его остановить. Рори выпрямляется, пронзая меня любопытным взглядом.

— Правда? — шепчет она.

Чувствуя тяжесть, нарастающую под моей грудной клеткой, я откидываюсь назад, опираясь на локти. Не остается незамеченным, как взгляд Рори скользит по моему торсу.

— Девять лет назад моя мама умерла от сердечного приступа, — мой взгляд переходит на нее, и когда я понимаю, что она не шокирована, я горько улыбаюсь.

— Я уверен, ты уже знала это, потому что если есть что-то, в чем клан Бухты хорош, так это в сплетнях. Но чего они не знают, так это того, что сердечный приступ не был естественным.

Теперь она выглядит шокированной.

— Мне было двадцать семь, я только что прилетел в Дьявольскую Яму на каникулы. В тот год я действительно не хотел возвращаться домой, потому что знал, что мой отец и дяди планировали усадить меня и серьезно поговорить о том, чтобы я занял пост Капо.