Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Но… ты сказал, что занимаешься сексом, – я зачем-то тычу на экран телевизора, открывая и закрывая рот, и губы Ника изгибаются в хищной улыбке.

– Редко, это скорее исключение из правил и физическое отклонение тела. Каждый верхний после года жизни в рамках темы определяет себе свою ступень наслаждения. А их три. В двух из них секс редкий гость, а вот оргазм очень частый.

– Но везде присутствует боль, – тихо произношу я."

"– Второй миф: никакого принуждения, только добровольное начало и желаемая боль. Каждая нижняя, Саба, рабыня понимает то, на что идёт и с нетерпением ждёт этого.

Она ясно представляет себе, свои возможности и желания. Перед каждой сессией Доминант обязан узнать все табу своей партнёрши, чтобы не нанести ей вред. Он берёт на себя ответственность за чужую жизнь, а это непросто связать галстуком и трахнуть. Это реальная опасность летального исхода, если Верхний неопытен, не контролирует себя и не слышит партнёрши.

– Летального?

– Да. Если не уметь работать с иглами, ножами и иными девайсами, не рассчитывать силу удара, если не понять, что партнёрша испытывает боль уже не от наслаждения, а от повреждений внутренних органов.

Если… если вовремя не убрать руку с горла, много вариантов – и это всё может спровоцировать травмоопасные последствия или летальный исход, – Ник отворачивается от меня и хмурится, пока я пребываю в потусторонней реальности.

– И ты это делаешь? – Облизав пересохшие губы, спрашиваю я.

– Да. У меня за плечами большой опыт, и я продолжаю учиться, нужно двигаться в ногу со временем, – в который раз поражаюсь спокойствию в его голосе, когда мой желудок бунтует, желая явить миру всё своё содержимое.

Я беру бокал, и отпивая воды, ставлю его обратно на стол.

– Господи, какой ужас, – выдыхаю. – Я могу уйти? Или теперь ты меня будешь пытать своим опытом?

– Мишель, – он с укором смотрит на меня, немного улыбаясь, но мне-то ни хрена невесело. Я в таком трансе ещё никогда не пребывала как сейчас.

– Конечно, ты можешь идти.

Я сейчас скажу Майку, чтобы ожидал тебя внизу, – говорит он и достаёт из джинс айфон.

Как? Почему? Чего ему не хватало в жизни, что подтолкнуло согласиться на это? Смотрю на Ника, набирающего сообщение, и не хочу верить в это. Я ведь думала, что он всего лишь вспыльчивый, несколько агрессивный, но такой правды даже не предполагала. И самое страшное для меня, что я ему сочувствую. Он не видит в жизни ничего прекрасного без нанесения увечий слабому полу.