Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Тогда во мне и проснулась магия – и просто размазала одного об стену, в прямом смысле размазала, в кровавое месиво; увидев это, второй сбежал.

Тогда-то я и решила, что больше никогда не дам себя в обиду. Даром что с тех пор ничего подобного у меня не получалось – не с людьми, упаси боги, – с соломенным чучелом на приютском огороде или старым пнем в саду. Спонтанный выброс магии у необученного подростка, так сказал наставник, которого нанимали специально для тех четверых воспитанников, в ком проснулась магия.

Учил он нас, правда, в основном лишь контролировать магические потоки да простейшим бытовым вещам. Те искры, что я пыталась бросить в воришку, были единственным известным мне условно боевым заклинанием.

Так что этого типа – с титулом он там или без – мне об стенку не размазать. Я все же попробовала потянуться к магии – ошарашить на пару мгновений, а там удеру, и охнула, когда он сбил заклинание прежде, чем я успела его собрать.

– Ваше сиятельство, отпустите меня, – попросила я, радуясь, что голос остался ровным и по нему не слышно, как заходится сердце.

– Мне нужно идти.

– Упрямая мелочь, – повторил он. – Не знаю, что ты там себе напридумывала, но титула у меня нет. Никаких «сиятельств». Говори мне «ты». И у меня есть имя.

Он улыбнулся, и опять я на несколько мгновений разучилась дышать. Молча покачала головой, не в силах оторвать взгляд от золотых – да что мне опять мерещится! – карих глаз. Облизнула пересохшие губы – кажется, и захоти я сейчас заговорить, не смогла бы произнести ни слова.

Только сердце колотилось в горле.

Его взгляд потемнел.

– Тогда будем стоять так и дальше. – В его голосе проскользнула хрипотца. – Я никуда не тороплюсь.

– Родерик, – сдалась я. Прочистила горло. – Родерик… – Имя горошинами раскатилось по языку. – Дай мне уйти.

Он улыбнулся.

– Нет.

Я хватанула ртом воздух – на миг возмущение вытеснило все остальные чувства.

– Но ты обещал!

Он рассмеялся, отстраняясь.

– Вообще-то я ничего не обещал.

Я тихонько выдохнула.

Обошлось.

Или, может, я просто возомнила о себе невесть что? В конце концов, с его внешностью и его состоянием он может выбирать среди писаных красавиц. Хорошо одетых, ухоженных, прекрасно образованных: по слухам, и среди дам полусвета подобные водились. Так зачем ему такая, как я?

– Ты в университет? – спросил Родерик. – Провожу. Нечего тебе одной по улицам шастать.

– Спасибо, я знаю дорогу. – Я поправила на плече сумку и поспешила из переулка.