Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Все следующее утро, пока люди шли попрощаться с покойным, Аликс просидела в зале вместе со свекром. Одета она была в лучшее платье — все то же, из фиолетового шелка, в котором венчалась семь месяцев назад.

Селяне проходили мимо тела, но никто, как заметила Аликс, не проронил и слезинки. Очевидно, Хейла не любили, несмотря на его преданность Мейде. А вот его отец — другое дело. Его они жалели, о нем лили слезы.

Аликс никогда не обращала на свекра особого внимания, но сейчас украдкой рассматривала его. Он был выше и массивнее сына.

Но если Хейл мог похвастаться светлой, почти белой, копной волос, сэр Удолф почти облысел. И если голубые глаза ее мужа были абсолютно бесстрастны, во взгляде сэра Удолфа полыхали сменяющие друг друга эмоции. Аликс считала его хорошим человеком, но ей становилось дурно при одной мысли о замужестве. Он ей в отцы годится, и хотя она знала многих молодых женщин, чьи мужья были гораздо старше их, но представить не могла, что будет делать, когда он придет к ней ночью. Об этом даже думать невозможно!

В полдень пришли шестеро слуг, чтобы отнести ее мужа в маленькую деревенскую церковь.

Аликс поднялась, взяла иглу с ниткой, поданные Бэб, и, натянув саван на голову Хейла, сделала несколько последних стежков.

Потом тело наследника положили на телегу и провезли через всю деревню к церкви, где отец Питер провел заупокойную мессу. Затем усопшего вновь положили на телегу и повезли на кладбище.

— Это неосвященная земля, — заметил священник, увидев могилу Хейла.

— Он наверняка хотел бы лежать рядом с Мейдой и своим сыном, — пояснил сэр Удолф.

— Какая разница, добрый отче? Разве эта земля проклята?

Священник поднял руку и благословил могилу.

— Теперь уже нет.

Тело опустили в землю, прочитали необходимые молитвы, и могильщики стали засыпать яму.

Но через несколько дней, к полному потрясению Аликс, священник явился, чтобы поговорить с ней. Она подвела его к очагу и предложила чашу сидра."

"— Спасибо, дочь моя, — сказал он, протягивая к огню обутые в сандалии ноги. — Господин уже говорил с вами о своих планах?

— Не совсем понимаю, о чем вы, отец мой, — пробормотала Аликс.

— Ваша скромность достойна всяческих похвал, дочь моя, — ответил священник. — Сэр Удолф хочет получить разрешение и жениться на вас. Ему нужен наследник, и мужских сил у него хватит. Вам же необходим дом. По-моему, это достойное решение всех ваших проблем.

— А мне казалось, что церковь предает анафеме тех, кто женится на вдове сына, — медленно проговорила Аликс.