Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Еще немного, совсем чуть-чуть и поцелуй состоится… но не судьба.

Нас опять прервали:

— Я бы не советовал этого делать."

"Я застонал, узнав первого авгура. Снова он. Да что ж такое! Надо же ему появиться именно в этот момент, демоны его задери. В жизни никого так сильно не ненавидел, как его сейчас.

Не удивлюсь, если авгур магически воздействовал на нас. Стоило услышать его голос, и в голове немного прояснилось.

— Притяжение сводит вас с ума, я знаю, — сказал он. — Вам необходимо держать себя в руках, если вы не хотите остаток жизни провести под Амброзией.

Эвангела, подойди ко мне, будь добра.

Жена вздохнула и выпуталась из моих объятий. Я цеплялся за нее до последнего, не хотел отпускать. В глазах Эвы читалась тоска, она тоже не хотела расставаться, но, видимо, считала, что так будет правильно. Она столько времени боролась против Амброзии, сдаться сейчас для нее означало проиграть. Я должен был уступить, хотя бы ради Эвы. Так что я разжал пальцы, которыми вцепился в край ее юбки.

— Мы с Эвангелой вернемся в башню, — сказал авгур, когда жена встала рядом с ним.

— На этот раз следи за ней лучше, — хрипло выдохнул я. — Если это повторится, я уже не остановлюсь.

Глава 38. О магической связи

Я едва помню, как мы добрались до башни. В голове шумело, а тело ныло от неудовлетворенного желания. Великие горы, я чуть не отдалась Бесу прямо в коридоре! И ведь хотела этого, безумно хотела, а главное, до сих пор сейчас хочу.

Но я нашла в себе силы остановиться. Даже не ради себя, а ради Беса. Каково будет легионеру до конца дней жить под Амброзией? Каждый раз глядя на меня, он будет знать, что его чувства не настоящие, а вызваны магией.

Вряд ли это сделает его счастливым, вряд ли это сделает счастливой меня. Нет, мы должны продержаться. Тем более, остались всего сутки. Большая часть пути уже пройдена, нельзя сдаваться.

Отныне никаких прогулок. Амброзия будет и дальше пытаться нас свести, так что я просто буду сидеть взаперти и надеяться, что Бес не ворвется в мою спальню. Хотя втайне мечтаю как раз об этом.

— Как тебе плантация асфоделя? — спросила авгур, желая меня отвлечь.

— Ноги моей больше там не будет, — передернула я плечами. — Одного не понимаю: если работницы столь ревностно относятся к цветам, кто их срывает?

— Это делают мужчины. Они приходят ночью, в масках, когда девушки спят, и рвут цветы, пока они не видят.

Надо же, даже легионеры боятся работниц. Мне повезло, что удалось вырваться.

Итак, на следующие сутки я заперта в башне.