Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Есть что-нибудь ещё?"

"— Больше ничего интересного, кроме того, что по Торжку начали ходить слухи о том, что Филатовы снова начали изготовлять лекарственные средства. Но никто не сознался в том, что использовал лекарства Филатовых, да и при проверке ничего не нашли, поэтому слухи не получили подтверждение.

— Всё?

— Ну-у, есть одна новость, но я не знаю, насколько она будет вам интересна, — замялся наместник, просматривая очередной документ.

— Говори.

— Александра Филатова несколько раз видели в компании лекаря Когана.

Сам же Коган очень лестно отзывается о молодом человеке и называет его талантливым аптекарем.

— Коган⁈ Ты уверен? — воскликнул Сорокин.

— Да. Кроме того, нашлись очевидцы, которые говорят, что Авраам Давидович был у Филатовых в гостях.

— Вот тварь! — выкрикнул Сорокин, сбросил звонок и обратился к своему водителю. — Разворачивайся! Едем обратно к Управлению… Нужно поговорить с Коганом о том, что творит его родственничек в Торжке.

Глава 4

Весь следующий день я разбирался с тем, что смог добыть из аномалии: что-то сушил, что-то настаивал, что-то замораживал.

Только к вечеру я с гордостью окинул взглядом полки с банками и коробками, в которых хранились ценные эфиры. Именно это для меня представляло гораздо большую ценность, чем золото и драгоценные камни. Всё-таки я алхимик, и не представляю свою жизнь без зелий, снадобий и эликсиров.

Довольный собой, я вышел из склада и увидел Ваню, который шёл мне навстречу.

— Я подъехал к лавке, но Григорий Афанасьевич подсказал, что ты здесь, — сказал он, и мы обменялись рукопожатиями.

— Прибирался, — махнул я рукой. — Ты по делу?

— Да нет. Просто хотел пригласить тебя к нам на ужин. Мать с сёстрами и Жориком уехали в столицу, поэтому мы с отцом остались одни.

— А как же бабка твоя?

— Ну так из-за неё и уехали. Помирать собралась и хочет оформить новое завещание. Местным нотариусам не доверяет и потребовала, чтобы отвезли к её знакомому.

— Видать большое состояние у неё, раз так опасается, — хмыкнул я, вспомнив беззубую скрюченную старуху.

— Да кто ж знает? — пожал он плечам. — Как я помню, она всегда с нами жила. Видел у неё несколько украшений и всё. Этих стариков не поймёшь.

— Понятно. Принимаю твоё приглашение. С утра ничего не ел.

Когда мы подъехали к особняку, князь Савельев встретил нас на крыльце, сидя в кресле-качалке и попыхивая длинным мундштуком.

Мы поздоровались, и я опустился на скамью с мягкой спинкой.