Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Важно только одно: Кит работал на никчемной работе и проводил свободное время, крича на телевизор.

Из того, что я успел выяснить, у него не было семьи, а если и были дети, то никаких следов их присутствия я не нашел. В старом фермерском доме было полно пива, оружия и аллигатор, которого он как раз препарировал.

Уверен, женщины липнут к нему, как мухи (нет).

Младший брат Кита, Джонни, напротив, казалось, жил на широкую ногу. Жена, двое детей, коты и дом, который можно описать словом «респектабельный». Джонни работал в корпорации, имел две машины и, по какой-то причине, продолжал поддерживать старшего брата.

Я задавался вопросом, не связано ли это с чувством вины или шантажом, потому что, насколько я мог судить, они не были близки. Однако, как только я взял телефон Кита и написал Джонни, он примчался к брату с такой скоростью, как будто от этого зависела его жизнь. Видимо, связь между братьями — это что-то особенное. Леннокс не был мне кровным родственником, но для меня он был братом, и если бы ему что-то понадобилось, я был бы рядом.

Я опустил взгляд на Алору, когда мы остановились перед дверью склепа. Она была спокойна, словно мы на романтическом свидании просто гуляли по пляжу. Я никогда не забуду ее, стоящую перед могилой сестры, сгорбленную, словно она готовилась принять следующий удар по своему израненному сердцу. Ее разбитая душа изначально притянула меня, но теперь женщина, стоявшая рядом со мной, больше не нуждалась в том, чтобы кто-то склеивал ее осколки. Нет, теперь она была другой.

Алора превратилась в куколку с ножом в руках, которая не ждет, когда кто-то дернет за ниточки. Она умела стоять на своих ногах. И эта версия была еще сексуальнее той, о которой я раньше мечтал, фантазируя о том, как сломаю ее.

Я взял Яру из ее рук, и Алора посмотрела на меня с вопросом в глазах, когда я поставил собаку на землю и привязал на поводок к статуе.

— Что ты делаешь? Мы же вроде собирались… — Она не успела договорить: я резко потянул ее за волосы и впился в ее губы, заглушив слова.

"— Блядь, ты такая сладкая на вкус, куколка, — пробормотал я, отпустив волосы и сжав ее задницу, прижимая к себе. Мой член буквально умолял войти в ее пизду и заставить кричать мое имя так громко, чтобы оно эхом разнеслось по всему кладбищу, словно сами мертвые вопили из своих могил. — Я хочу тебя, — прорычал я, видя, как в ее глазах вспыхивает тот же огонь.

— Прямо сейчас?

— Да, — ответил я, шагнув ближе и прижав ее к каменной двери.