Когда Бланш с сыном оказались в безопасности, Окделл их оставил и вернулся в город, чтобы покарать изменника. Ему удалось убить Алву, но сам мститель был схвачен и в тот же день казнен, а хронисты всех мастей обмакнули перья в чернила и вывели: «В третий день Осенних Ветров 399 года круга Молний Франциск Оллар захватил столицу Талигойского королевства Кабитэлу…»
Все предельно ясно, кроме одного – что заставило Альдо и его дружка вспомнить об этой истории, а ведь было что-то, вынудившее двоих оболтусов корпеть над старыми бумагами.
Проще всего предположить, что они ищут клад, но какой? Что могло исчезнуть в третий день Осенних Ветров? Франциска короновали той же короной, что и Эрнани, фамильный меч Раканов до сих пор висит в тронном зале, сведений о том, что из дворца пропало нечто ценное, не сохранилось. Никаких тайн за убитым королем не числилось, его отречение и завещание были оглашены на Полном Совете, их текст приведен во многих хрониках. Может быть, Альдо ищет потайной ход? Но если о «Дороге королев» кто-то и знает, то это Матильда Ракан, только кому она нужна, эта дыра, даже если от нее что-то осталось? Вряд ли последний Ракан с предпоследним Эпинэ собрались вдвоем добраться до Олларии и проникнуть во дворец.
А если Альдо решил сравнить свой гороскоп с гороскопом предка? Тогда при чем тут Алва и Придд? И чем эта пара важней победителя-Франциска с герцогом Эпинэ?
Когда кардинал с раздражением отодвинул от себя пыльные свитки, уже рассвело, времени оставалось лишь на то, чтобы сменить одежды и доехать до Ружского дворца, где собирался Высокий Совет.
Ночь прошла впустую, если не считать того, что его высокопреосвященство выпил море шадди и шестнадцать раз прочел то, что и так знал. Ни намека на тайну, все просто и понятно, и все же… Все же наследник Раканов что-то ищет, а наследник Эпинэ ему помогает. Сильвестр терпеть не мог чего-то не понимать, а здесь он не понимал ничего.
3
Зал Высокого Совета со времен Франциска изменился мало, разве что прибавилось трофейных знамен и в углу появились большие часы в футляре черного дерева.
Разумеется, портьеры и обивку стен несколько раз меняли, но новые в точности повторяли старые. Входя в украшенный олларианскими символами зал, кардинал поймал себя на том, что думает о давным-давно умерших людях. Вдова Алана Окделла прокляла Олларов, посулив победившим предательством от него же и сгинуть.
