Странная мысль постучалась в моё сознание, когда я в очередной раз поднырнул под мечом мужчины и сделал несколько шагов назад, перед тем как вновь атаковать его: «Почему ему было не заставить своё сердце застыть и не перекачивать кровь? Почему бы ему было просто не дать крови пролиться?»"
"Но когда надо мной схлопнулась магическая ловушка задаваться вопросом стало поздно, потому как чувствовать себя ещё большим дураком было просто нельзя. Её стены давили на меня всё сильнее, хоть пока и оставалось пространство для действий, и вновь защитное заклятие окутало меня, затем ещё одно и ещё, потому как я знал, что может случиться, если подобная дрянь подберётся очень близко и всё-таки сдавит — кишки разлетятся на десяток метров вокруг вместе с мозгами.
Пробовать взломать изнутри такой купол магией было просто бессмысленно — он поглощал энергию и лишь сильнее сжимался, но вот Саиль могла попробовать справиться с подобной ловушкой. И потому, держа отца в поле зрения, я взрезал слои энергии один за другим, хоть от того мои силы внутри меня и выли на тысячи голосов, оглушая и вызывая зубную боль.
Наконец окружавший меня капкан с хлопком разорвался на куски, и мне пришлось торопливо контратаковать вампира, который выглядел несколько недовольным оттого, что я высвободился и до сих пор жив. И на меня вновь обрушивались удары, один за другим, а силы были на исходе, перед глазами плясали чёрные точки, я всё чаще оступался и приходилось не столько защищаться, сколько уворачиваться из-за неудавшихся блоков.
Но в том, что бой продолжался так долго были и свои плюсы — вампир тоже начинал терять дыхание и вместе с ним терпение, действовал всё более неуклюже, а мне только то и нужно было. С каждым разом мне удавалось подобраться к нему всё ближе, и каждый его удар становился всё более предсказуем, но один из них мне предугадать не удалось, возможно лишь потому, что Кристофер и сам не ожидал от себя подобного. Только опустившийся клинок вдруг метнулся вверх и впился в мясо на левом плече, рванулся вверх, скрежеща по кости и срывая с моих губ пронзительный вопль.
Горячая кровь хлынула по руке, пропитывая собой рукав и плотную кожу наруча, обтекая и окрашивая пальцы, которые я вовсе не мог теперь согнуть. Перед глазами заплясал тронный зал, тени вытянулись, задрожали, а из горла вырвался новый хрип, и я заставил себя отойти в сторону от блеснувшего где-то рядом клинка вампира.
