Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Будучи истинной американкой, при упоминании собственной фирмы Никольских Тесса ощутила уважительный трепет, внезапно осознав, что и без того привлекательный Филипп стал еще интереснее.

– Так ты работаешь в фирме отца?

Филипп махнул рукой:

– О, там сейчас заправляет Ноэль – брат моей мамы, и этого вполне достаточно.

Тесса взяла следующее фото:

– Это дедушка и бабушка?

Он утвердительно кивнул:

– Да. Сейчас они упокоились на кладбище Сен-Женевьев-де-Буа. Когда-нибудь я расскажу тебе долгую и романтическую историю их любви с разлукой в пятнадцать лет.

Кстати, моя бабушка была очень известна среди любительниц парижской моды.

– Как интересно! Она была кутюрье?

– Нет, ювелиром. Загляни в сундучок на комоде.

Заинтригованная Тесса не преминула поднять резную крышку и задохнулась от огненной россыпи блестящих камней. Малиновое ожерелье, отягощенное крупными серебряными шариками, лежало в ладони сокровищами Али-Бабы, желтой змейкой струился каскад сердоликов в оправе из золота, лазоревая бирюза Ирана перекликалась с зеленым русским малахитом.

– Боже, это колье из муранского стекла я видела в каталоге. Кажется, оно называется «Тайны венецианских дожей». Это великолепно! – приложив колье к груди, Тесса резко обернулась: – Твоя бабушка – Таня Горн!

– Именно так.

Филипп разлил кофе по чашкам тончайшего фарфора, больше похожего на лепестки роз, и поставил на стол тарелку с дымящимися сэндвичами, от которых шел головокружительный аромат.

– М-м-м, – Тесса поняла, что не в состоянии вымолвить ничего толкового, потому что если сию минуту не откусит кусочек хрустящего хлеба, щедро намазанного растопленным маслом, то скончается прямо на этом самом месте.

Она пребывала в восторге от завтрака, от дома и, конечно, от Филиппа, удачно оказавшегося сыном владельца фирмы. В ее голове уже прокручивался видеоряд обеспеченной жизни во Франции. Тщательно взвешивая каждое слово, Тесса ненароком выяснила, что Филипп является единственным ребенком в семье и наследником.

Это звучало настолько многообещающе, что, вернувшись в студенческий кампус, она незамедлительно набрала телефонный номер Джо.

Когда она назвала себя, сонный голос по другую сторону океана зазвучал заботой:

– Тесса, детка, куда ты пропала? Я весь день пытался дозвониться до тебя!

– Ты забыл, что здесь, во Франции, была ночь, – холодно сказала Тесса, – и, кроме того, я тысячу раз просила не называть меня деткой.