Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Даже если Стас вооружён, как-нибудь разберёмся. Тревога была только за девочек и их жизни.

– Как заходить будем? – поинтересовался Пашка. – Можно дверь вынести. Ты видел, что там за дверь?

– Не выйдет. Там железная, – с сожалением покачал головой я.

– Может, полицию всё же?

– Нет, – ещё раз отмёл этот вариант. – Опасно. Этому отморозку терять нечего. Наверняка он отмстить хочет Лене за то, что посадила его. Если уже не отомстил...

Мы немного помолчали, каждый думая о том, что делать реально.

– Я могу представиться соседом, типа они меня топят, – накидывал дальше варианты Пашка.

– Палёная схема, но может проканать. Нам главное, чтобы дверь открыли.

– Пожалуй, так и поступим, – согласился я.

В подъезд мы попали без проблем, звонить в домофон не пришлось. Возле квартиры остановились в нерешительности, прислушиваясь к звукам за дверью. Маты, мужские крики, грохот – по моей спине пробежала струйка пота. Прямо сейчас там шла борьба, Стас крушил квартиру Лены.

Я принялся, как больной, трезвонить в звонок, но дверь никто не открывал.

К ней просто никто не подошёл. Тогда я начал барабанить в неё кулаком. Может, Алиса услышит и догадается открыть дверь?

Не откроет. Я велел ей не выходить из шкафа. Что же делать? Пашка нервно дёргался рядом со мной, добавляя напряжения. У него тоже сдавали нервы.

Совершенно отчаявшись, я уже был готов начать ломать железное полотно голыми руками, но вдруг мой мобильник зазвонил, завибрировал в кармане куртки. Звонили с номера Лены, поэтому я мгновенно взял трубку.

– Папочка, это ты приехал? – услышал я встревоженный голос Алисы в трубке, испытав частичное облегчение. – Это ты звонишь в дверь или другие плохие дяди?

– Это я! Это я, солнышко! Ты можешь открыть мне дверь? Только незаметно!

В трубке повисло молчание, и я забеспокоился снова. Сердце бухало где-то в ушах, адреналин шарашил на пределе.

Но вот я услышал щелчок замка, и ручка на двери поехала вниз.

– Папа! – разревелась Алиса, увидев меня, и бросилась мне на шею.

– Всё хорошо! Хорошо! – успокаивал я её. – Возьми её, – передал Пашке девочку на сохранение, а сам бросился на шум борьбы.

Накручивал себя по дороге страшным, но когда ворвался в кухню, просто обалдел. Стол перевёрнут, обломки табуреток и осколки разбитой посуды повсюду. Лена с окровавленным лицом лежала на полу, а верхом на ней сидел этот ублюдок, вцепившись своими ручищами в её тонкую шею.

Меня переклинило. Врезал Стасу так, что он в сторону отлетел.