Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Отрываемся! — Волнов едва не подскакивал в лодке от радости, большого труда стоило удержать его на месте. — Гляди-ка!

Но его радость была преждевременной. Течение стало ослабевать. Мы снова вышли на прямой и широкий участок.

И тут катер Кузьмича показал, на что способен. На прямой воде, без помех и хитростей, промышленный движитель выдал всю мощь. Катер рванул вперед как спущенная с поводка гончая.

К маяку мы вышли вровень. Я видел профиль Добролюбова, неподвижный, как у статуи. Рядом Кузьмич орудовал рычагами и вентилями своего механического чуда, что-то постоянно подкручивая и регулируя.

Отсюда я увидел русалочий остров. Клочок земли метров тридцать в длину, поросший чахлыми ивами. Они склонились над водой, словно пытались напиться, но боялись упасть. По правилам, остров надо было обогнуть слева.

Мы оба прошли его по широкой дуге. А дальше,

Три корпуса разрыва… четыре… пять…

— Всё! — простонал Волнов. — Конец! Проиграли! Он нас делает, как детей.

Действительно делает. И проблема во встречном течении.

То что раньше помогало, теперь стало помехой. Катер Кузьмича куда более мощный и тяжелый, пёр против течения как утюг. А нашу лодочку сносило.

Оставалось выбрать самый спокойный участок, но его уже занял Кузьмич и не собирался нас пропускать.

Добролюбов в катере расслабился, откинулся на спинку сиденья. Даже что-то сказал Кузьмичу — судя по жестам, поздравлял.

Но я не собирался сдаваться.

Трение. Если удастся его снизить, то и влияние течения уменьшится. К сожалению, натянуть на всю лодку пузырь защитной плёнки я не мог.

Хотя бы потому, что тогда его увидит Волнов.

Можно создать под днищем что-то вроде щита из уплотнённой воды. Но держать щит подолгу очень тяжело для моего скромного резерва. Это заклинание разовое и энергозатратное. Вот если что-то постоянное…

Раз!

И под днищем лодки сформировался элементаль. Он зацепился за днище своими щупальцами-отростками и, повинуясь приказу, растёкся тонкой лужицей.

Бац! Ещё один!

Меньше минуты мне понадобилось, чтобы накрыть всё днище нашей лодочки тонкой пленкой элементалей.

Эффект даже превзошел ожидания.

Лодка помчалась словно санки с горы. Скорость разом выросла почти вполовину.

Мы промчались мимо катера, словно он стоял на пристани.

Волнов даже издевательски помахал Кузьмичу и Добролюбову рукой.

— Ура! — старый лодочник едва не вывалился за борт. — Мы впереди!

Я видел лицо Добролюбова. Все такое же каменное, но в глазах мелькнуло что-то похожее на интерес.