Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я кричала на него, кусала его и вела себя как психопатка.

— Эй, что ты здесь делаешь? — устало спрашивает он, опускаясь передо мной на колени. Его глаза темные и впалые. Я никогда не видела, чтобы он выглядел таким физически бедным. Он не дает мне шанса ответить, прежде чем обнимает меня и крепко сжимает, отчаяние в его тоне, как у сломленного человека. — Ты же не уйдешь, правда?

Он спрашивает в прямом или переносном смысле? Уйти, как собрать свои вещи и убежать? Или убить себя?

Я качаю головой, осознавая в этот момент, что не хочу ни одного из этих финалов.

Слезы катятся по моим щекам, когда я обнимаю его в ответ.

— Слава Богу, — шепчет он.

— Что с тобой случилось, Лиам?

Он крепче прижимает меня к себе и замолкает, поглаживая рукой по моей голове.

— Я не хочу сейчас об этом говорить, солнышко. Пожалуйста. Не сейчас.

Я отталкиваю его. Его брови хмурятся, когда я встаю на дрожащих ногах, моя одежда от дождя и грязи становится слишком тяжелой.

— Тогда когда? Я не могу видеть тебя таким, Лиам, — говорю я, немного более враждебно, чем планировала.

Его глаза расширяются, и я не могу не смотреть на кровь, которая снова стекает по его шее, превращая наши увядшие белые лунные цветы в багровые.

Начинаю идти обратно в поместье.

Через несколько мгновений он оказывается за моей спиной, крепко сжимая мое запястье. Мой шрам жжет, и я резко повернулась к нему.

— Остановись, Лиам. Если ты не собираешься мне рассказать, то я вообще не хочу разговаривать.

— Тогда молчи.

Он толкает меня к дереву и прижимается своим лбом к моему. Его дыхание клубится в холодном воздухе. Мои кости ноют от холода, но в груди разливается тепло.

— Что с тобой?

Я борюсь с ним и вырываюсь из его объятий. Бегу к поместью, шаги Лиама раздаются позади меня. Дождь заливает мои глаза и мешает видеть.

Добегаю до дверей восточного крыла, открываю их, бегу по коридору и добегаю до темного вестибюля, когда Лиам снова меня догоняет.

Единственный свет — это свет камина.

Здесь так тихо, что можно услышать, как падает булавка.

Лиам тяжело дышит, глядя на меня. Тоска и страдание смешиваются в его глазах, когда он сажает меня на один из диванов. Я откидываюсь назад и внимательно наблюдаю за ним.

— Скажи мне, — бормочет он, падая передо мной на колени, — Ты скажи мне сначала. Тогда я скажу тебе.

Он меня испытывает? Я не могу его терпеть, когда он в таком состоянии.

— Что сказать? — осторожно спрашиваю я.