Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Честное слово!

(Знаю, что собачье дыхание пованивает рыбой, и всецело подтверждаю, что их какашки пахнут просто отвратительно, но – простите за откровенность – а чьи нет?)

В общем, когда я заявилась сюда с Рамзи, было субботнее утро, как раз перед еженедельной уборкой, а именно в это время в Сент-Вуфе пахнет сильнее всего.

– Доброе утро, Джорджи! – сказал викарий. Мне он нравится: он довольно старый, лет семидесяти. Он такой худощавый, с густыми серыми волосами, напоминающий ирландского волкодава. В тот день на нём был просторный джемпер ручной вязки и перчатки без пальцев.

Он сидел за длинным столом прямо рядом с дверью. – А это у нас кто, могу я полюбопытствовать? – спросил он, увидев Рамзи. Вот так вот он разговаривает. К этому привыкаешь.

Не дожидаясь, пока я отвечу, Рамзи щёлкнул каблуками ботинок и отдал честь.

– Рамзи Рахман к вашим услугам, сэр-р!

Викарий был несколько ошеломлён, но, опять же, так случается со многими, кто встречается с Рамзи впервые. Несколько секунд спустя он всё же отдал честь в ответ и улыбнулся.

– Добро пожаловать на борт, рядовой Рахман! Полагаю, ты пришёл помочь, э… сержанту Сантос? – Он снял очки и вытащил из-под мешковатого свитера незаправленный край рубашки, чтобы протереть их. Рамзи с энтузиазмом закивал.

– Чудненько! Высший класс! Рук много – и работа спорится, э? – Он снова надел очки и уставился на план на своём столе. – Ты на твоём обычном посту, Джорджи. Сначала уберитесь, потом подметите, и помните… – Он поднял вверх палец, в глазах у него мелькнуло веселье.

Договорили мы хором:

– Всё, что делаете, делайте от души, как для Господа!

– Очень хорошо, Джорджи. Ну, вперёд!

Лицо Рамзи озадаченно вытянулось, когда мы отошли от стола.

– Что это была за фигня? – спросил он, достаточно громко, чтобы викарий мог услышать.

– Ш-ш-ш! Понятия не имею. Что-то из Библии. Викарию это нравится. Это даже забавно, и он…

– Постой. Он викарий?

– Был раньше. Он облачение не носит. Возьми-ка вон то ведро. Это у него была церковь.

Большую часть старых деревянных скамей убрали.

Вместо них в центре находится вольер, присыпанный опилками. По бокам расположены будки. Тут довольно классно.

«На моём посту», – сказал викарий. Мне это нравится. Как будто четыре собаки в соседних вольерах на первом уровне на самом деле принадлежат мне. Моё имя написано на табличке вот так:

Пост 4

Субботний волонтёр: Джорджина Сантос

– и я чувствую крошечный укол гордости, хоть это всего лишь надпись от руки на белой доске.