Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А года два назад и мне помог – увидел, что вечером за мной какой-то пьяный придурок увязался, отогнал его и меня до дома проводил. И сестра у него хорошая. Они с матерью живут небогато, а он им помогает, все для них делает. Он хороший человек, пап. А ты его взял и обидел.

- Еще одна защитница, - сильнее нахмурился мужчина. – Сестра от рук отбилась, и ты также хочешь? Сначала в мед академию передумаешь поступать, потом непонятно кого себе найдешь?

- В медакадемию я поступлю – но только потому, что сама хочу! И парня себе сама найду! – С этими словами Элина убежала в прихожую.

А Юсуф Ильясович встал у окна, задумавшись о чем-то своем.

Спустя несколько минут на улице появились дочь и ее ухажёр. Они подошли к машине – не новой, но ухоженной. Сначала парень открыл дверь Диларе, и только потом сел за руль. Аккуратно вырулил с парковки и уехал.

- Ну и что ты устроил? – раздался за спиной усталый голос супруги.

- Сказал, что думаю. Не о таком зяте я мечтал. Что теперь родственники скажут?

- Да какая разница, что скажут, - вздохнула Алия Закировна.

– Главное, чтобы он человеком хорошим был. Я вот его со школы помню. Всегда здоровался, никогда не грубил. Дочь нашу защищал. Если уж они друг друга полюбили, пусть будут вместе. Ты же знаешь нашу Дилю. Упрямая – как и ты. Сказала, что за него замуж выйдет, значит, так оно и будет. Остынь и поговори потом с ней, хорошо?

- Мне он все равно не нравится, - процедил сквозь зубы мужчина.

- Главное, что нравится ей. В конце концов, она современная девушка, выросла в современном светском обществе и может выбирать сама, с кем ей строить отношения.

- Голову бы ему открутил, - бросил отец Дилары и вместе с супругой вернулся к столу.

На следующий день он все-таки позвонил дочери.

Глава 71. Возмездие

Месяц спустя"

"Наступила осень. Мягкая и солнечная – как на картинке. Она раскрасила улицы в теплые цвета: одни деревья стали оранжевыми и красными, другие были увешаны желто-золотыми листьями, будто монетками, а третьи все еще оставались зелеными, словно у власти все еще находилось лето.

Сказать, что наша жизнь поменялась на сто восемьдесят градусов – не сказать ничего. Мы с Димой переехали от Лехи в съемную квартиру Дилары, а подруга перебралась к своему парню. Дима пошел на поправку и когда приезжал в больницу, врач смотрел на него и говорил: «На тебе заживает, как на собаке».

Разумеется, он говорил про тело – его израненная душа заживала гораздо медленнее, как и мое разбитое некогда сердце.