По осколкам твоего сердца (СИ) читать онлайн

По дороге я точно поняла, что нахожусь в особняке отчима. Он так уверен в себе, своих возможностях и силе денег, что решил, будто ему ничего не будет за похищение людей.

Меня привели в подвал, и я сразу увидела Диму. Его удерживали двое охранников, и это явно давалось им с трудом. Кулаки его были сжаты, а в глазах сияла тьма. Та сама разрушительная бешеная тьма, которую я впервые заметила в школе, когда Дима дрался. Но при виде меня эта тьма растворилась. Его глаза наполнились светом, и мое сердце сжалось от вспышки нежности.

Я так его люблю…

- Полина! – крикнул Дима, стараясь быть уверенным. - Полина, все будет хорошо! Поняла?

Я кивнула, не в силах оторвать от него взгляда. Меня тянуло к нему. Больше всего на свете я мечтала обнять Диму, прижать к себе и раствориться с ним в этом тяжелом сыром воздухе. Переместиться в другое место. И забыть обо всех этих ужасах. Но… Реальность была другой.

Ко мне снова подошел отчим, ласковым голосом стал просить рассказать правду. Я кивнула, делая вид, что соглашаюсь сделать это.

Поняв, что ничего от нас не добьется, Андрей велел своим ручным гоблинам начать избивать Диму. А сам заставил меня смотреть на это. Поставил меня напротив, схватил за лицо, чтобы я не могла отвернуться, и шептал на ухо, что это моя вина.

Его не просто били. Эти выродки избивали, пользуясь его бессилием и своей минутной властью. Пользуясь тем, что их больше!

Что я чувствовала в этот момент?

Абсолютное бессилие. Когда кажется, что света больше нет – есть только тьма. И она заволокла все вокруг. Нет никакой надежды. И веры нет. Только любовь еще живет в покалеченном сердце.

Леденящий душу страх. Он впивался в тело крохотными осколками – до самых костей.

Дикую боль. Словно это не Диму били, а меня. Каждый удар заставлял меня вздрагивать, вскрикивать, зажмуриваться от ужаса. По моему лицу текли крупные слезы, капали на шею, попадали на грудь. Старые шрамы на сердце не просто болели – они начинали кровить.

Видеть то, как до крови избивают родного человека, стало моим кошмаром наяву. Никакой смелости не осталось, никакой гордости. Только боль. Только страх.