Мертвый остров читать онлайн

Пусть подыхает, сволочь…

– Есть!

Расталкивая солдат, подбежал доктор Пагануцци и склонился над телом.

– Что вы с ним сделали! Немедленно ко мне в лазарет!

– Что? – свистящим шепотом уточнил начальник округа. – Оспаривать приказ? Мой приказ?

Караульные зажмурились – на Лыкова страшно было смотреть.

– Молчать!!! – заорал он диким голосом. – Не сметь перечить! В порошок сотру! Пагануцци, пошел вон отсюда, пока я тебя не убил!

Доктор вскочил, подобрал полы шинели и припустил что было мочи. А с Лыковым уже началась истерика.

– Никого не подпускать! В случае неповиновения – стрелять!

Появились какие-то люди. Они вслушивались в стоны «ивана», шушукались и расходились. Лыков стоял поблизости, потихоньку возвращаясь в разум. Вдруг откуда-то выскочила акушерка Инцова и упала на колени перед умирающим.

– Сейчас, миленький, сейчас! Я тебе помогу!

– Не велено… – робко возразил солдат и оглянулся на сыщика: что делать-то?

А того словно муха укусила. Он снова заорал диким голосом:

– Это кто тут миленький?! Он? Этот упырь? Встать и отойти! Я сказал: встать и отойти!

Клавдия Провна, не обращая на это никакого внимания, тряпицей обтирала с лица Глазенапа кровь.

– Дура!!! – рявкнул Лыков. – Это же он Калине ребра в сердце вколотил! Отойди от него!

Инцова только сейчас обернулась на начальника округа.

– Тьфу!

Лыков отошел и стал трясущимися рукам застегивать шинель. Ему было стыдно перед солдатами.

– Все равно сдохнет, зря стараешься!

Когда через десять минут он вошел в полицейское управление, к нему кинулся Таубе:

– Где ты застрял? Ехать пора!

Но, увидев лицо друга, осекся и спросил вполголоса:

– Что случилось?

– Фридрих, – обратился сыщик к камердинеру, – принеси водки.

Они выехали на восток в первом часу пополудни. Впереди – мрачный и немного хмельной Лыков с подполковником Таубе. Следом – четыре телеги с «меделянами». Лыков рассказывал другу все перипетии своего расследования. Отряд торопился, но меры предосторожности замедляли его ход. Так, гору Юноны миновали перекатами: половина едет, половина держит местность на прицеле. Но «садовники», видно, тоже спешили – уплыть.