Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И одно из покушений точно бы увенчалось успехом, но Дэриан вмешался, спас императора, ну а его братец оказался смертельно ранен… И умирая, он проклял Дэриана. Причем, весьма изощренно проклял. Суть проклятья в том, что если Дэриан при малейшей на то возможности не займет престол, то умереть ему тут же в страшных муках… Чувствуешь злую иронию, а? Хочет Дэриан того или не хочет, но обязан продолжить дело душегуба-отца и не меньшего душегуба- братца! Но стоит отдать твоему мужу должное, он никогда не пытался добиться цели обманом или подлостью.

Только сейчас, когда он и вправду близок к престолу, если он все же не станет императором, то попросту умрет. Кровное смертельное проклятье – это неминуемо…

Мда… А я все понять не могла, зачем Дэриану вся эта гонка за престолом… Но у меня и мысли не было, что…

Раздавшийся впереди шорох заставил просто замереть от пробравшего ледяного ужаса!

– Это чего такое было? – Хьюстон перепугался даже больше, чем я. Мигом сжался до крохотной искры, словно так рассчитывая спрятаться в моих ладонях.

– Может, Дэриан? – шепотом предположила я.

– Так мы от него как раз и отдаляемся! И я вообще никого впереди не чувствую. Может, у нас дружная слуховая галлюцинация от переизбытка эмоций или…

Шорох повторился намного ближе.

Порыв холодного ветра был таким сильным, что в один миг задул огонек в моих руках! И не просто задул – я вообще перестала чувствовать присутствие Хьюстона!

Без его света враз воцарилась темнота, и приглушенное мерцание впереди оттого стало очевидным.

Может, оно и раньше виднелось, только я из-за света не замечала? И ладно бы оно просто было, но нет, мерцание приближалось! Постепенно обретая знакомые очертания…

Я бы даже попятилась, но будто бы приросла к месту, не в силах сделать ни шагу. Казалось, я и вовсе не чувствую своего тела, лишь все тот же леденящий ужас! Я видела саму себя. Ко мне приближалась я сама! Только полупрозрачная, словно призрак, мерцающая и с неестественно горящими глазами.

– Кто ты такая? – слова дались с трудом, тело словно бы с каждым мгновением деревенело все сильнее.

Вторая я улыбнулась, остановившись прямо напротив меня."

"– Я? Я – это та часть тебя, что дремала все это время. Та часть тебя, которую давно пора было высвободить. Та часть тебя, что каждая чаровница называла своим даром, но ты же почему-то противишься.

Она обошла вокруг меня, будто бы любуясь. Продолжала чуть нараспев:

– Но это же неправильно, понимаешь? Нельзя отторгать столь важную часть своей личности.