Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Раз не выдержит, значит он слабак! Ладно, у меня еще есть два сына, — ляпнул он явно больше, чем следовало. — Я сделал все, что в моих силах. И так пришлось потратить семьдесят тысяч.

После его слов женщина принялась рыдать еще сильнее. Однако он слишком устал, и по большей части, его слова были правдой. Он уже смирился, и прекрасно понимал, что если умрет Максим, то у него в запасе еще два наследника.

Вот только Тамара Давинова плакала не только по своему сыну, а по всей ситуации в целом. Только она, и еще несколько человек во всей Российской Империи знали, что наследников у виконта не три, а один.

Если Максим умрет, то следующим наследникам придется проходить тест на родственную силу. Вот этого она боялась больше всего.

* * *Смерть виконта я почувствовал, лежа в камере. Это последствие нашей с ним недолгой связи. Благо, что вовремя успел закрыться от энергии смерти. Буквально через два часа был еще один такой всплеск, но уже от Феодосия. Кажется, их Орден или что у них там, лишился сегодня кого-то важного.

А я довольный, лежу на своем месте и грызу грушу.

— Ума не приложу… Тебя забрали на ритуал, а ты вернулся без увечий, да еще с грушами… — покачал головой Булатов, который тоже с аппетитом жевал грушу.

Никогда я не был жадным, и сейчас поделился. Вообще-то, странно быть жадным, когда ты лекарь. Как известно, лекари — это самая сильная и богатая школа. Их услуги нужны всем, как и сила. Кто может убивать лучше тех, кто живет бок о бок со смертью?

— Да там суматоха была, — махнул я рукой.

— Феодосию плохо стало. Все давай ему помогать, а я в это время и спер груши. Они в углу комнаты в корзинке лежали.

— Тебе вот так просто дали встать, чтобы набрать груш? — недоверчиво взглянул он на меня.

— Да нет, там еще потом виконту плохо стало, — стал ему объяснять ситуацию. — Они их стали выносить, а про меня забыли. Кстати, не только груш взял, и яблок тоже, будешь?

По взгляду вижу, что хочет.

— Не стоит… — смог проявить он свой характер.

— Мне недолго осталось. Думаю пару дней, и все. Лучше себя побалуй, ты вон какой худой.

— Чего это я должен себя баловать? — не нравилась мне его логика. — Через пару дней выйдем отсюда, там и закачу пир. А фрукты это так… разминка."

"После этого разговора он стал смотреть на меня иначе. Его взгляд был оценивающим и, в тоже время, сомневающимся.

Я знал, что означает такой взгляд. Это значит, что очень скоро меня ждет какое-то предложение.