Дневник пакостей Снежинки читать онлайн

Почему же Зяма не заметила ранее, что его подменили?

– Может, Олимпиада заменила украшение утром, когда Алевтина к тебе поехала! – предположил Дегтярев.

– Пусть так, – кивнула я. – А теперь объясни, какой смысл ей это делать? Зачем это Липе? А вот почему Зяма уверяет, что браслет не тот, понятно. Ей надо, чтобы он остался у меня, нужно поселить у меня в мозгу мысль про отравленное украшение. Баклан-Маркин считает меня полной дурой, вот и нагромоздил всего, чтобы тупая блондинка подумала: «О! Браслет-то намочила самраном Липа, надо отдать его в лабораторию».

Теперь вспомним, что девочка вызвала по моему телефону Оксану. Версия такова: гостья в обмороке, ее крутят судороги. Зяма догадалась посмотреть мобильный Васильевой, и Оксана примчалась. Но! В моем телефоне подруга записана, как «Ксюня». Ксюня – это же Ксения. Правильно, именно такое имя у доктора Глод указано в паспорте. Просто все близкие зовут ее Оксаной. Но откуда это знает Зяма? Она должна была именовать врача: тетя Ксюша. Вопрос вдогонку: мой телефон запаролен. Конечно, пароль можно вскрыть, но на это понадобится время, а Зяма-то ранее говорила, что у нее нет мобильного. Такая девочка могла взломать айфон? Думаю, телефон Оксаны дал ей Баклан-Маркин. У Глод есть инстаграм, он называется очень просто: «oxana.glod», а в профиле она указала свой телефон для связи, вдруг кто-то из ее подписчиков заболеет, вот ему врач. Там много наших с ней совместных фото, комментариев, которые я начинала словом «Оксанчик…», «Ксюня» – это только для нашего личного общения. Еще удивляет, что Зяма, которой, по ее словам, компьютер нужен только для уроков, знает про избранные контакты. Но это так, к слову. Оксана привозит меня в клинику, где я в конце концов прихожу в себя. Если у вас когда-либо бывали сильные судороги, то вы знаете, что на следующий день все мышцы ломит невероятно. Но у меня ничего не болело. Только слабость была. Вывод: не было у меня судорог. Зяма соврала, чтобы мы заподозрили употребление мной самрана, и его у меня в анализе нашли. Но конвульсий не было. Я носила «компресс» недолго, дозы, которую мне в чай подлили, хватило для потери сознания. Но не для того, чтобы меня крючило во все стороны. Врет Зяма. Оксане она сказала: «Ой, она так билась. Но пока вы доехали, все прошло. Спит теперь». Отвечаю на незаданный тобой вопрос: с чего я проспала целые сутки? Проснулась утром на следующий день после того, как Оксана увезла меня в клинику.