Name: Волчья хватка. Книга третья
Author: Сергей Трофимович Алексеев

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

"— Наши предки утвердили праздник Манорамы, — произнёс с мечтательным вздохом. — Сколько смысла вложили, сколько мудрости… Нашли способ, как возбуждать стихию чувств! К одной–единственной, наречённой. И выбирал не ты сам — родители. Чтоб от брака дух воинский не расточался, напротив, укреплялся в потомстве. Иначе бы от Засадного полка давно одни воспоминания остались…

Вячеслав услышал приглушённый звук автомобильного мотора на дворе, но отметил это походя, между прочим, однако боярин замолк и насторожился.

— Сейчас посмотрю, — Ражный привстал, — кого принесло…

— Сиди! — отрезал Пересвет.

— Это калик за мной машину пригнал… Сиди и слушай… Думаешь, у тебя одного были мирские увлечения? Мы же не давали обета безбрачия. Многие через это прошли. На то он и мир, чтоб своими радостями искушать… Думаешь, я не смотрел на сторону? У меня барышня одна была, комсомолка, между прочим. Юная ещё, звала с собой послевоенную разруху восстанавливать. Я только с фронта пришёл… А мне показали мою наречённую, Варвару!.. Цыплёнок щипаный, голенастая, худая, волосёнки жидкие.

Уехал бы, да родитель не пустил. Вся родова сговорилась и давай мне в уши петь, как растёт и расцветает моя невеста. У меня перед глазами же недокормленный подросток военных лет. Не лежит душа…

Гул машины оборвался где–то возле «шайбы» — заглушили мотор.

— Я подобных сказок с детства наслушался, — сказал Ражный, намереваясь отвлечь боярина от воспоминаний. — От Елизаветы. И мне про Оксану пели… Ты лучше скажи: на сей раз мне куда собираться? Коль вотчины лишили? В вольное странствие?

— Не торопись, послушай, — как–то очень уж миролюбиво попросил дядька Воропай.

— Скажу ещё… В другой раз явилась комсомолка, предложила целину поднимать. И уже повзрослела, в самом соку, манкая, глаза задорные, прижмёшь в углу, и задышала… Тут срок Манорамы подходит. Решил, исполню завет отцовский, поеду, но не догоню. Зато утешу сердце родительское. Потом махну в степи вольные. Ну и поехал за охочей кобылицей… А родитель не разгадал умысла, позволил самому жеребца подседлать.

Ну я и выбрал самого ленивого, губа отвисла, спина прогнулась. И тут как понёс меня! Порол по

ушам, плеть измочалил, губы удилами до ушей порвал. Не удержал… Как увидел наречённую, вмиг и про комсомолку забыл. Вот где моя целина непаханая!.. Шесть лет жеребца докармливал, когда постарел. Не он бы, не видать мне Варвары. Всю жизнь бы локти кусал…

— Зря я не ушёл с Сычом, — вдруг пожалел Вячеслав. — Воевал бы с кем–нибудь, со зверями дрался.