Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Меня предупредили.

— О чем именно? — заинтересовалась я.

— Что вы можете не знать, где находитесь, — с готовностью поведала она. — Вас ведь доставили спящей.

Я задумчиво кивнула.

— Остальные девушки тоже прибыли в поместье столь оригинальным способом? — наобум поинтересовалась я, думая, что ректор изрядно заскучал и решил поразвлечься в последние дни холостяцкой жизни.

— Нет. Только вы.

— Что?! — удивилась я, но девушка уже выскользнула за дверь, будто намеренно избегая продолжения разговора.

Все страннее и страннее.

Ничего не понимаю!

Решив отложить расспрос горничной до лучших времен, я скользнула в уборную. Умылась, расчесалась и, не найдя ни заколок, ни шпилек, оставила волосы распущенными. Сонный порошок заставил меня хорошенько выспаться, и я чувствовала себя как никогда отдохнувшей.

Едва я вышла из спальни, горничная тотчас засеменила по широкому коридору. Тут и там у дверей стояли цветочные горшки с вытянутыми вверх, как стрелы, растениями с мясистыми листами.

Я осматривала обстановку с холодной отстраненностью.

Для меня все было в новинку, я привыкла к куда более скромным условиям. Но давно научилась сохранять лицо. Когда ты сирота, нередко сталкиваешься с кем-то, кто имеет намного больше твоего.

Я всегда относилась к своей ситуации как к вызову. Люди, имея все, не добиваются ничего, а я добьюсь всего, не имея ничего. Это мой лозунг, с которым я шла по жизни.

— Ты давно здесь работаешь? — спросила у горничной и сразу же добавила: — Ничего что я на «ты»?

Девушка обернулась и вновь улыбнулась.

Она вела себя раскованно, словно не работник, а гостья или хозяйка.

— Недавно. Многих наняли на время отбора.

То ли мы шли окольными путями, то ли все уже находились внизу, но нам на пути не попалась ни единая живая душа.

— К чему такая морока? — вздохнула я, мысленно представляя, сколько сил потратили на организацию отбора.

— Так это же семейный обычай! Его не нарушают. Когда упростили законы, все дворяне устраивали отборы, чтобы доказать, что жители империи равны. Но королевская семья и все ближайшие родственники следуют ему до сих пор, — порывисто рассказала служанка, удивляясь моему незнанию.

Я и сама не понимала, почему не слышала об этом ранее.

— А если ректору уже кто-то приглянулся? Может, он уже влюблен? — предположила я, рассматривая ситуацию со всех сторон."

"Горничная отряхнула невидимые пылинки на своем сером платье и тихо хихикнула. Я покосилась на девушку — все же ее поведение меня озадачивало.

— Все равно отбор.