Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Она в самом деле не знала, как ей теперь относиться к покойной матери. Харриет Коупленд бросила мужа и детей, что, конечно, достойно порицания. И все же… Элизабет не знала, во что ей верить, на что надеяться. Почему ее мать решила бросить семью?

Она смахнула выступившие на глазах слезы.

— Как вы думаете, она любила нас?

— Я уверена, что она очень любила своих дочерей. — Миссис Уилсон посерьезнела. — Не могу точно описать вам, какие чувства она испытывала, потому что мне, в отличие от нее, повезло и я прожила почти двадцать лет в браке с любимым человеком.

Брак Харриет устроили родители. Ваш отец был гораздо старше; когда они поженились, ему было за сорок, а Харриет — всего восемнадцать. Конечно, ваш отец тоже обожал ее. — Миссис Уилсон сокрушенно улыбнулась. — Кроме того, я уверена, что Харриет уважала Маркуса Коупленда и почитала его.

— Но уважение и почитание не всегда способны сохранить семейную жизнь, да? — Теперь Элизабет понимала это и сама. Более того, вспомнив, какие чувства она сама испытывает к Натаньелу, она усомнилась в том, что сама когда-нибудь выйдет замуж.

Выйти за кого-нибудь другого будет несправедливо, ведь она всегда будет сравнивать мужа с Натаньелом. И этот муж будет всегда проигрывать.

— Да, не всегда. — Миссис Уилсон печально вздохнула. — Не сомневаюсь, если бы ваша мать осталась жива, она бы как-нибудь договорилась с вашим отцом, чтобы ей, по крайней мере, позволили видеть дочерей.

В это Элизабет всегда хотелось верить. Последние события открыли ей страшную правду.

Харриет убил одержимый ею Руфус Теннант, а вовсе не молодой человек, в которого она была влюблена!

— А теперь, по-моему, вам пора вернуться к сестрам, — ласково продолжала миссис Уилсон.

— Да, — хрипло прошептала Элизабет.

Сейчас ей больше всего на свете хотелось вернуться к Диане и Каролине и поделиться с ними всем, что она узнала. Насладиться их нежностью и сочувствием, обнять их… Впрочем, оказаться в объятиях Натаньела ей хотелось куда больше. Но о его объятиях можно забыть раз и навсегда.

Элизабет встала:

— Позвольте мне до отъезда в Лондон подняться к себе и отдохнуть.

Миссис Уилсон ласково улыбнулась:

— Не думаю, что леди Элизабет Коупленд нужно чье-либо разрешение. Тем не менее я охотно пойду вам навстречу.

В ту минуту Элизабет совсем не чувствовала себя леди Элизабет Коупленд. Ее истерзанная душа болела и жаждала утешения.

— А, вот и ты, Натаньел. — Миссис Уилсон ласково приветствовала племянника.