Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Где он? — В два шага Натаньел подошел к тетке, и она повела его в малую гостиную, где в своей корзинке у камина лежал неестественно тихий Гектор.

Песик посмотрел на Натаньела грустными глазами, когда тот присел на корточки и принялся осторожно ощупывать его ребра и лапку.

— Он притащил свой поводок? — обратился Натаньел к тете Гертруде.

— Да.

Натаньел выпрямился:

— Мне кажется, у него ничего не сломано…

— Ах, хвала небесам! — с облегчением воскликнула миссис Уилсон, но тут же снова встревоженно нахмурилась.

— Что же с Элизабет? Где она? Натаньел, ты должен немедленно пойти на поиски! — Тетка в волнении заламывала руки.

Он и сам собирался найти Элизабет. Более того, он решил вначале осмотреть песика. Может быть, Гектор подскажет, где его подруга…

— Тетя, не похоже, чтобы Гектор свалился с обрыва. Иначе он наверняка был бы весь в кровоподтеках и ссадинах.

Миссис Уилсон нахмурилась:

— Но ведь если Элизабет всего-навсего выпустила из рук поводок, она бы уже давно вернулась!

Натаньел, понимая, что Гектор с раненой лапкой и ребрами не сразу добрался до дома, уже пришел к тому же выводу.

Значит, она либо лежит, раненная, где-нибудь на горной тропе, либо ей не дает вернуться что-то другое. Может быть, не что-то, а кто-то? Например, сэр Руфус Теннант…

Натаньел нахмурился, понимая, что для подобного вывода у него нет совершенно никаких оснований. Кроме, разумеется, почти фанатичного интереса, который тетушкин сосед испытывал по отношению к Элизабет.

При мысли о том, что Теннант сейчас рядом с Элизабет, губы его плотно сжались.

— Тетя, прикажите Сьюэллу немедленно начать ее поиски!

— А где будешь ты? — Тетка удивленно воззрилась на племянника, который быстро направился к выходу.

Глаза у Натаньела потемнели, и он негромко ответил:

— Вначале я нанесу визит одному вашему соседу, а затем присоединюсь к поискам.

Миссис Уилсон изумленно раскрыла глаза:

— Неужели ты думаешь, что к ее пропаже причастен Теннант?

— Тетя, сейчас я стараюсь не думать, а действовать! — хрипло ответил Натаньел.

Тетя Гертруда так плотно сцепила руки, что у нее побелели костяшки пальцев:

— В самом деле, мне показалось, что он испытывает к Элизабет нечто вроде одержимости…

Да, именно одержимость! А узнав о ее скором отъезде, Теннант, наверное, перешел к решительному штурму…

Натаньел ругал себя. Он не должен был отпускать Элизабет одну на прогулку! Надо было настоять на том, чтобы пойти с нею вместе.