Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Леон заговорил по-гречески, а когда закончил, Спирос сердито посмотрел на Би и, опустив голову, медленно побрел к машине.

Би почувствовала себя виноватой за то, что использовала Спироса, но не могла бороться с яростью. И попыталась освободиться от руки Леона.

– Отпусти меня! – закричала Би. – Я не поеду с тобой назад, Леон!

Он развернул ее лицом к себе.

– Поедешь, Фиби. – Его бесстрастный голос заставил ее содрогнуться. – Так обмануть старого человека.... – Он наградил ее презрительным взглядом.

– Как ты узнал, что я уехала? – требовательно спросила Би.

От его улыбки у нее заледенела кровь.

– Охранник докладывает о каждом входящем или покидающем виллу непосредственно мне.

– Я хочу домой, и ты не можешь задерживать меня. – Их взгляды встретились. Би вдруг ощутила тепло его руки, которая лежала на обнаженном участке тела между топом и брюками. И почувствовала, что начинает трепетать, что сердце в груди зачастило. – Отпусти меня. Ты должен отпустить меня, Леон, – прошептала она, находясь на грани истерики.

В глубине души она знала, что если сейчас же не избавится от этого чувственного воздействия, то очень скоро сама не сможет уехать от Леона...

Леон долгим и пристальным взглядом посмотрел в ее запрокинутое лицо.

– На самом деле ты не хочешь уезжать, – сказал он тихо. И, открыв дверцу машины, усадил ее на сиденье. Обойдя машину, он сел рядом с ней и завел двигатель.

Слишком подавленная, чтобы достойно ответить ему, Би отвернулась и стала смотреть в окно. Через несколько минут они уже были на вилле.

Анна, бросив на Би укоризненный, а на бедного Спироса уничтожающий взгляд, сообщила, что ленч накрыт.

После ленча Би побродила по саду, надеясь обнаружить не замеченный в первый раз выход. Тщетно. Измученная, Би вернулась в свою спальню. Вид стоящих посреди комнаты чемоданов с вещами из ее лондонской квартиры не изменил ее настроения. Будь она проклята, если распакует чемоданы! Но эту клятву помешала выполнить Анна, настоявшая на том, чтобы самой разложить вещи...

Би все еще кипела от ярости, когда Леон присоединился к ней вечером в столовой.

Би слушала его рассказ об острове, но не делала попыток поддержать разговор. А как только Анна сервировала десерт, Би быстро вышла из комнаты со словами извинения:

– Спасибо, но, простите, это не для меня – иначе я растолстею.

Она легла в постель, предварительно заперев дверь. Сказались напряжение и переживания последних сорока восьми часов: Би опустила голову на подушку и мгновенно провалилась в сон.