Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Слышали о таком? Будете в наших краях, заходите, постреляем из чего, ваша душа пожелает.

— Так уж прямо из всего?

— Всё, что есть на вооружение нашего полка, кроме БМП-2 и Шилки, дальность стрельбы не позволяет. А ещё, у меня на стрельбище имеется отличная баня с русской парной.

— Вот с этого, товарищ прапорщик, и надо было начинать. А то, постреляем. Прям, милитарист какой-то, ей богу!

Тут рассмеялся Тимур.

— Так мы завсегда «за мир во всём мире!». Вот и стоим на страже.

Уже переодевшись после душа, на выходе из зала, Тимур спросил:

— Виктор Викторович, последний вопрос — а почему с портфелем? Спортивная сумка удобней же будет.

Путилов улыбнулся.

— Отец подарил! Ещё при поступлении в университет, так и ходил с ним с занятий на тренировки. Привык!

— Понял. Мне от отца спортивная сумка осталась, чёрная, как рюкзак. Надо тоже с отпуска привезти."

"На этом и закончилась их первая и далеко не последняя встреча. Это знакомство в спортзале с сотрудником КГБ, также как и в своё время два удара в челюсть каптёра в спортроте танкового училища круто изменят жизнь молодого человека.

А в тот момент простой советский прапорщик не мог даже представить себе, в какое соперничество он вскоре будет втянут между двумя секретными службами дрезденского гарнизона: КГБ и Особым отделом штаба армии. А пока Тимур, абсолютно ничего не подозревая о своей дальнейшей судьбе, поспешил на вокзал, чтобы на последнем автобусе успеть доехать до деревни Помсен, а оттуда прогуляться пешочком пару километров до своего стрельбища.

По дороге он быстро проверил свой потайной карман гражданской куртки, где лежали аккуратно свёрнутые семьсот западногерманских дойчмарок.

Советский прапорщик Кантемиров в этом году с купли-продаж одежды и аппаратуры перешёл на валютные сделки. И это было закономерно. Просто через некоторое время Тимур понял сам, что деньги — это наиболее ценный, выгодный и самый удобный товар. Не надо было носиться с сумками и коробками, примерять, проверять и постоянно прятать вещи и аппаратуру.

А надо было всего лишь взять одну пачку социалистических марок, поехать после службы вечером из Дрездена в Берлин, купить в столице у югославов пачку западных марок, затем съездить в Лейпциг, продать дойчмарки чуть подороже вьетнамцам или арабам и с уже совсем с другой пачкой ГДРовских денег вернуться под утро домой. То есть почти за одни сутки Тимур мог заработать примерно две свои служебные зарплаты, то есть примерно около тысячи социалистических марок.