В конечном успехе он не сомневался, но ему отчаянно нужно было прибыть в Ближнюю Испанию до наступления зимы. Если он не хочет делить победу над Серторием с Метеллом Пием, то нельзя тратить целый год на то, чтобы попасть в Испанию. А из-за волнений в Заальпийской Галлии это казалось вполне вероятным. Все перевалы через Альпы находились под пристальным вниманием того или иного племени, в данный момент мятежного. Саллувии, охотники за головами, контролировали высокие отроги Приморских Альп. Воконтии занимали долину реки Друенции и горный перевал Монс-Генава.
Гельвии охраняли средние подступы к долине Родана, а вольки-арекомики блокировали Домициеву дорогу в Испанию ниже центрального массива Цевеннских гор.
Если бы Помпей попутно подавил восстания варваров, это, конечно, добавило бы ему лавров, но лавров не слишком высокого качества. Все маршруты находились на территории Сертория. Как избежать длительного и опасного пути через Заальпийскую Галлию?
Ответ пришел Помпею в голову еще до того, как он выдвинулся из Мутины в начале сентября: он не пойдет известными дорогами, а проложит новую.
Самым большим из северных притоков реки Пад был Большой Дурий, который с ревом низвергался с горных вершин, возвышавшихся между ложбиной, в которой лежала западная Италийская Галлия, и озерами и реками, питавшими восточную часть Косматой Галлии: озером Леман, верховьями реки Родан и мощной рекой Рен, которая была естественной границей между землями галлов и германцев.
Живописная расщелина в горах, пробитая Большим Дурием, получила название долины Салассов, потому что была населена галльским племенем салассов. Когда поколение назад в речных отложениях было обнаружено золото и римские старатели начали добывать его, салассы так яростно противились их вторжению, что никто больше не предпринимал подобных попыток дальше города Эпоредия вверх по долине.
Но в самой верхней части долины Салассов, говорят, имелись два перевала через Пеннинские Альпы.
Один представлял собой настоящую козью тропу, которая вела через высокие горы в поселение верагров под названием Октодур и затем – к западной оконечности озера Леман, куда впадает Родан. Из-за высоты в десять тысяч футов этот перевал был открыт только летом и ранней осенью и представлялся слишком ненадежным для армии. Второй перевал находился на высоте около семи тысяч футов и был достаточно широк для повозок, хотя здесь не имелось мощеной дороги.