Фавориты Фортуны читать онлайн

Так в древние времена выглядело египетское око – уаджет. Столь же густо были намазаны черным широкие брови, а кожа между бровями и верхним веком была, напротив, выбелена. Поэтому Сулла никак не мог разглядеть, какие глаза у Птолемея Сотера на самом деле. Общее впечатление мрачное, – вероятно, так и было задумано.

– Ты не можешь разговаривать с царем, как с человеком, стоящим ниже тебя по положению, – высокомерно сказал он.

– Нет такого царя во всем мире, который не был бы ниже меня по положению, – презрительно ответил Сулла.

– Каких условиях?

– Ты напишешь завещание и поместишь его у весталок здесь, в Риме. Это должно быть короткое завещание. В том случае, если ты умрешь без законного наследника, ты завещаешь Египет Риму.

Птолемей Александр ахнул:

– Я не могу этого сделать!

– Ты сделаешь все, что я тебе прикажу, – если хочешь править в Александрии.

Беспокойные глаза, заключенные в ритуальную рамку, забегали. Густо размалеванный кармином рот с толстыми капризными губами подергивался. Это напомнило Сулле Филиппа.

– Хорошо, я согласен. – Птолемей пожал плечами. – Я не исповедую древней религии Египта, и все, что случится после моей смерти, не имеет для меня большого значения.

– Безупречная логика! – горячо одобрил Сулла. – Я привез с собой своего секретаря, так что можешь составить этот документ здесь и сейчас. Конечно, со всеми царскими печатями и твоим личным картушем. Я не хочу после твоей смерти никаких возражений от александрийцев.

Он хлопнул в ладоши, призывая слугу Птолемея, и приказал привести его секретаря. Пока они ждали, Сулла как бы между прочим сказал:

– Есть на самом деле еще одно условие.

– Какое? – устало спросил Птолемей Александр.

– Я уверен, что в банке в Тире у тебя есть две тысячи талантов золотом, положенные туда твоей бабкой, третьей царицей Клеопатрой. Митридат забрал то, что она оставила на острове Кос, но не тронул деньги, которые она хранила в Тире. А царю Тиграну еще не удалось подчинить Финикию. Он слишком занят евреями. Ты оставишь Риму еще эти две тысячи талантов золотом.

Один взгляд на лицо Суллы посоветовал Птолемею не возражать. Он снова пожал плечами и кивнул.