Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Нет, она не может уйти, не теперь, когда Шах поставил мне ультиматум! Внезапный приступ ярости и отчаяния придал мне силы. Я с силой выдернул руку, не обращая внимания на резкую боль и хруст в запястье, когда сустав вывихнулся. Боль была нестерпимой, но она также была и освобождением – я смог избавиться от веревок, которые сковывали меня. Я бросился за Алисой, движимый каким-то диким инстинктом. Когда я догнал ее, мое сердце колотилось от напряжения, гнева, адской боли. Я жестоко развернул ее к себе, и мои глаза встретились с ее загнанным взглядом, с ее слезами.

- Куда собралась? – мои слова звучали как шипение. Ярость, боль и бешеное сумасшедшее отчаяние слились во мне в единый огненный вихрь. - Теперь ты станешь моей женой! Добро пожаловать в ад! – прохрипел я ей прямо в лицо. – Ты сама его создала!

Глава 26

Сижу в гостиничном номере, куда меня привез Марат, окутанная струями воды, которые несут временное облегчение моему израненному телу. Мне плохо, меня тошнит и мне кажется, что я заболела, потому что меня морозит даже под горячей водой.

"Моя кожа покрыта синяками и порезами, каждое движение напоминает о боли, которую мне пришлось пережить. Я раскачиваюсь из стороны в сторону, пытаясь убаюкать свою душу, которая кажется такой усталой и растерзанной, еще хуже чем мое тело. Я понимаю, что сама виновата. Наверное, поэтому мне так плохо…потому что я это сделала, я предала его, я заслужила все, что со мной произошло. В моей голове пустота, я не понимаю, что происходит вокруг.

Все внутри меня кажется онемевшим, безжизненным. Я закрываю глаза под струями воды, и мне кажется, что я могла бы так остаться навсегда. Желание жить, бороться и надеяться угасло, оставив после себя лишь пепел. И этот пепел разносится по венам, отравляет мне кислород, застилает болью. Меня никогда в моей жизни не били. Это истязание стало для меня шоком…словно всю вывернули наизнанку и выпотрошили мою гордость, истоптали человека внутри меня, личность. Меня охватывает чувство отчаяния при мысли о том, что мне придется выйти из этого душа и столкнуться с Маратом.

Он здесь, в этом номере, и я чувствую его злость, даже не видя его. Марат, который когда-то был для меня загадкой, страхом, теперь стал моим палачом, человеком, от которого я не знаю, чего ожидать. Он злится, он ненавидит, он меня презирает. Я это знаю. Я это чувствую кожей. Мне страшно представить, что он может сделать дальше, какие еще испытания мне предстоит пройти.