Ар-Деко читать онлайн

– К чему ты клонишь?

– В городе появились еще и люди из Чикаго и Нью-Йорка. В том числе люди из «Корпорации убийц». На том поле, на каком они умеют играть в мячик, нет никого, кроме Антенуччи. Тот должен или добровольно подвинуться, или они захотят его подвинуть.

– А Антенуччи откуда взялся сам?

– Он был ветвью семьи Профаччи из Нью-Йорка. Формально он и сейчас ее часть, но вырос настолько, что на самом деле не рвет с семьей в открытую лишь потому, что не хочет публично плевать на традиции. Для сицилийцев они важны.

– И чего ты ожидаешь?

– Ты слышал когда-нибудь про Лепке Бухгалтера?

– Нет, – честно сознался я. – Меня история американских бандитов мало интересует."

"– Лепке вместе с Альбертом Анастасиа рулит всеми контрактными убийствами для синдиката. Все говорят, что это он решил проблему с Голландцем Шульцем, и я склонен этому верить. Его никак не могли прижать, но как я уже сказал, прокурор Дьюи – это крестоносец. Они подтянули Лепке и еще одного парня за мелкий профсоюзный рэкет, они вышли под залог.

– Даже так? – Мне сразу вспомнился основной бизнес Антенуччи.

– Именно. И мне кажется, что брали они порошок не у Антенуччи, а у корсиканцев. Лепке платил таможенникам, чтобы те не досматривали весь багаж, порошка шло много.

– И что теперь?

– Прокурор Дьюи продолжает копать, а мне тут шепнули, что в городе появился серьезный парень из «Корпорации убийц». Анастасиа по-прежнему в Нью-Йорке.

– И ты думаешь… – Я не закончил.

– Я почти уверен, что Лепке Бухгалтер здесь, в Большом Каире. С новыми документами. Может, даже пластическую операцию сделает. И для Антенуччи это плохая новость.

– То есть хорошая для меня, так?

– Выходит, что так. Кстати, я слышал, что машину Шульца после его смерти сумел забрать Эл Капон, а у того был самый известный на весь Нью-Йорк бронированный «Паккард». Там только стекла в дюйм толщиной.

– Что они будут делать с тем, что у Антенуччи есть Камень Силы?

– Не знаю.

– Сингер, что меня удивляет, так это то, что ты еще живой со всеми своими знаниями. У нас принято говорить, что многие знания – многие печали.

– Я знания собираю, а не распространяю.