Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Леди Бранд… — с вдохновленным придыханием говорит она. — Для вас я готова найти время когда угодно и на что угодно. Я не понимаю Правителя, как он мог отказаться от ВАС! Ради чего? А еще говорят, что мудрее него в стране нет. Вот уж не согласна!

Слышу тихое хихиканье Иллидии, а сама не знаю, что сказать. Из меня вырывается что-то не очень презентабельное типа «э-э-э», поэтому Иллидия берет все в свои руки.

— Влюбленные иногда тоже ссорятся, не переживайте. А Правитель и леди Бранд очень эмоциональны, а их личная жизнь слишком на виду…

— Но ведь он объявил о поиске истинной! — возмущенно всплескивает руками Элоиза.

Иллидия еще хочет что-то сказать, но я останавливаю ее. Не стоит. И так слишком много информации.

— Правитель знает, что делает, и что ему нужно, — серьезно говорю я, а потому мило улыбаюсь и предлагаю перейти к выбору моделей и снятию мерок.

Мы проходим вглубь мастерской, нас окружают помощницы и наперебой показывают различные фасоны платьев. Понятия не имею, сколько на это уходит времени, у меня даже голова кружиться начинает от разнообразия и пестроты.

Наконец, мы с Иллидией останавливаемся на двух совершенно разных фасонах, и попадаем в ловкие руки девушек с мерными лентами. Элоиза, убедившись, что точно записала все наши пожелания в толстую книгу, выходит на призывный звон колокольчика в зал.

И все бы ничего, но… Как гром среди ясного неба, я слышу голос Сайтона.

Глава 33. Не стоило

Горгулий зад! Если он меня тут увидит, он же меня отчитывать будет!

— Уважаемая Элоиза, я очень хотел бы заказать платье для одной дамы, — прокатывается голос Сайтона, а я судорожно оглядываюсь, соображая, как бы мне отсюда сбежать.

Иллидия ловит мой растерянный взгляд, а когда я указываю ей глазами на выход в торговый зал, хлопает себя по лбу.

— Дай угадаю, ты не горишь желанием с ним встречаться? — уточняет она громким шепотом.

Я отчаянно мотаю головой. Девушки как раз заканчивают с мерками и сматывают ленты.

— Подскажите, а можно ли позвать госпожу Элоизу, — обращаюсь я к одной из них с белом ажурном чепце, из-под которого выправилась светлая прядь.

— Я хотела бы задать ей один вопрос.

— Так вы это, госпожа, выйдите, она вам все и расскажет, — наивно отвечает она.

— Нет-нет, там мужчина, а у нас о-о-о-чень щекотливый вопрос, — заговорщицки улыбается Иллидия. — Позовите, пожалуйста.

Девушка поджимает губы, прищуривается, но все же выходит и что-то бубнит швее.