Дверь на балкон была приоткрыта, и за ней колыхалась зеленая штора. Сержант поднял глаза, взглядом пересчитывая этажи. На двенадцатом этаже он разглядел ту же картину, что и на втором, — свет во всех окнах, приоткрытая дверь на балкон и колышущаяся на ветру штора.
Квартиру на двенадцатом этаже снимал Тима Подольский, за которым по указанию Варяга Сержант и Гепард вели наблюдение."
"Теперь Сержант стоял и смотрел задрав голову на окна квартиры на двенадцатом этаже. Согласно наблюдениям Гепарда, эту квартиру Тима держал для попоек с друзьями и любовных утех (впрочем, чаще и то и другое успешно совмещалось).
В подъезде стоял домофон, и, кроме того, гладиаторы Тимы, видимо, также оставались дежурить в подъезде. Этим отчасти и объяснялась дерзость Тимы: он чувствовал себя в безопасности не только в своем элитном коттедже в Троицке, который надежно охранялся, но и здесь, на Крылатских холмах, куда приезжал весело провести время. А время Тима и впрямь проводил весело: наблюдавший за домом Гепард три вечера кряду слышал доносившиеся с двенадцатого этажа пьяные вопли, женский визг, хохот, звон посуды, громкую музыку, нестройное хоровое пение.
Порой веселье затягивалось далеко за полночь, и тогда с других этажей слышались возмущенные крики соседей, на которые сам Тима отвечал издевательским смехом и ехидным матом. Однажды Гепарда чуть не убило почти полной бутылкой шампанского, со свистом прилетевшей сверху и взорвавшейся на асфальте у самых его ног. Егор, чертыхаясь, отскочил в сторону, а наверху истерически заржали какие-то бабы.
Не раз во время кутежей к дому подъезжал милицейский «уазик», вызванный, видимо, измученными соседями, однако Тима умел находить с местными ментами общий язык: через некоторое время довольные милиционеры, посмеиваясь, выводили из подъезда, делили полученные деньги, садились в «уазик» и уезжали.
В настоящий момент гулянка на двенадцатом этаже была в самом разгаре:
Сержант усмехнулся и двинулся к подъезду, сделав Гепарду знак следовать за собой.
Куртка на Гепарде сидела мешковато: под ней на поясе были укреплены нехитрые альпинистские принадлежности пользоваться которыми его когда-то научили в спецназе. Подойдя под балкон второго этажа. Сержант шепотом скомандовал:
— Пошел! Давай подсажу!
Сержант слегка присел и подставил сцепленные в замок руки. Гепард ступил на них тяжелым ботинком, второй ногой оттолкнулся от земли, и Сержант, кряхтя подбросил его к балкону.
