Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Теперь сердце обновленного Фирузена встречало своих обитателей просторными галереями, которые вились вокруг горы, что стало основанием замка Вилдейнов. Скромность серого камня уравновешивал блеск кристальных опор, балок и колонн, которые дополняли образ настоящего дворца. Пусть он был не таким большим, но и территория нового домена королевства Илрун достаточно маленькая. Но даже так о Фирузене и его причудливой архитектуре не говорил только ленивый."

"Заглянув ненадолго в свои покои, я с помощью горничных сменила рабочий костюм на платье из струящегося шёлка.

Юджин очень уж просил не подавать “дурной пример”, потому в данный момент приходилось частенько вспоминать, что я не только глава рода Вилдейн, но и первая леди одной из самых уважаемых семей. Как раз по этой же причине теперь некогда довольно короткая стрижка превратилась в чёрный водопад, который стелился до самых колен.

На счастье горничным, слишком уж радостно возившимся с моими непослушными волосами, я не спешила возвращаться к прошлому. Просто за прошедшие годы Даньян надарил мне слишком много драгоценностей (раз я не хотела принимать его деньги, он нашёл другой способ перенаправлять мне свои богатства), среди которых была добрая половина украшений для волос.

Вот и приходилось отращивать аристократическую косу, чтобы видеть довольный блеск в любимых глазах. Даньян расцветал каждый раз, когда видел свои подарки на мне, и чем больше их было, тем сильнее он светился от счастья.

Так что к классной комнате нашего замка я шла не только в платье аметиста, но и в сопровождении мелодичного звона драгоценных подвесок.

Ведь сразу после выволочки, у меня в планах встреча с мужем.

Ученическая встретила меня сладким посапыванием старенькой, но дорогой дому Аджарди няни, а так же громким шёпотом:

— Смотри, Ли, у меня получился арахнид! — хвасталась первая лентяйка, которая едва справила свой двенадцатый день рождения, демонстрируя сложенную из бумаги фигурку своей сообщнице.

— А у меня в точности мордочка львёнка Коры! — отвечала вторая прогульщица своей сестре, которая была старше её всего на год.

При виде темноволосых голов, дружно игнорирующих древние летописи нашей семьи, я нарочито громко вздохнула. Тихо похрапывающая няня ненадолго прервалась, но потом продолжила видеть сладкие дневные сны. А вот девочки обратили ко мне одинаково испуганные глаза, и сжались в ожидании заслуженного выговора.

Честно, в этот момент они очень напоминали мне Юстиана, когда того в детстве ловили за шалостями.