Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Шаг за шагом император приближался, и руки Лиама сжимались все сильнее, даже чуть делая мне больно.

Легкое касание воздуха к коже — дыхание или сквозняк. Но от него стало неуютно, холодно, противно.

Глаза правителя сузились. И дуновение стало сильней, отчетливей, даже чуть болезненным.

Это была магия? Он пытался воздействовать на меня? Если так, то я несказанно рада, что кольцо рода Твергов сейчас было на моем пальце. А вот то, как вел себя Лиам, меня начинало пугать. Похоже, он вот-вот сорвется, бросится на Императора.

И я успокаивающе накрыла его руку своей. Короткий жест — но мой жених вроде бы успокоился.

Император остановился в двух шагах от меня. Несколько мгновений он молча смотрел на нас. Казалось, что он пытался понять, что не так, но после бросил взгляд на мою руку и улыбнулся.

— Очень рад слышать, что ты остепенился и решился все же взять в свой дом супругу, племянник, — прошелестел голос Императора, а мне захотелось передернуть плечами, сбросить некую невидимую паутину, опутывающую меня по рукам и ногам.

— Тем более такую красавицу, — император сократил расстояние между нами, и Лиам тут же выступил вперед.

— Моя невеста смущается, дядя. Для нее все это ново, пугающе. Не пугай ее еще больше. Иначе она от меня сбежит.

Постороннему человеку показалось бы, что это всего лишь обмен любезностями и шутками, но я чувствовала напряжение, которое просто искрило сейчас между этими двумя мужчинами.

— Лорд Тверг, я не думаю, что повелитель может причинить мне вред, — улыбнулась я, тоже делая шаг вперед.

— Мой племянник любит делать из мухи дракона! — рассмеялся Император. Это так странно, когда человек смеется, а его глаза остаются серьезными, изучающими. Это пугает. — Можно вашу руку?

Я сжала и разжала пальцы, сосредоточившись на том, чтобы усмирить свой дар. И только после протянула ладонь императору. И его взгляд тут же вцепился в кольцо на моем пальце.

— О! Дорогое украшение, мисс Вэйтс. Берегите его, как и оно бережет вас, — криво улыбнулся правитель.

— Это самое большое сокровище вашего мужа. Ценнее вряд ли он смог бы вам что-то подарить.

— Для меня нет ничего ценней, чем любовь моего жениха. От всего остального я могу отказаться не раздумывая, — это была чистая правда. Мне не нужны были ни украшения, ни статус. И на деле я была бы просто несказанно счастлива, если бы мы оказались далеко-далеко от этого всего, жили спокойной жизнью, а не выкручивались, лгали и интриговали."

"— Достойно! И, похоже, правда.