Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я шагаю вместе с ним, но через секунду оглядываюсь по сторонам.

Почему нас не останавливают?

Вокруг столько охраны… А они явно не из команды Максима. Я не видела их раньше, да и по тяжелым взглядам можно сделать вывод, что мы для них всего лишь цель. И Арбатов молчит. Не отдает приказ перекрыть нам дорогу.

– Максим, – я зову его и скребу ноготками по пуговице его темной рубашки. – Что происходит?

– Я договорился, все будет хорошо.

– О чем ты договорился?

Я пытаюсь притормозить, но Максим продавливает меня.

Его руки наливаются беспрекословной мужской силой, он почти приподнимает мое тело от пола и тянет дальше. Мне приходится дернуться всем корпусом, чтобы отвоевать хоть сантиметр.

– Куда ты ведешь меня? – я перехватываю его руки и выворачиваюсь, чтобы он остановился и посмотрел мне прямо в лицо.

– В машину. Ты сядешь в машину и уедешь.

– А ты?

Я сдавливаю его запястья до боли в пальцах. А потом случается страшная секунда, когда я понимаю, что знаю ответ на свой вопрос. Я читаю этот ответ в его голубых глазах.

И в повисшей паузе, которая перечеркивает все мои надежды.

– Потом, – Максим снова изображает спокойную тихую улыбку, трогая уголки своих налитых губ. – Я приеду потом, Ариш.

Он шутит, да?

Если он останется в доме своего отца, то случится беда!

Это же ясно, как день.

О чем он говорит?! Он действительно собрался отправить меня в безопасное место, а самому остаться наедине со своим сумасшедшим отцом?! С человеком, который охотился на него месяцами?

– Нет, Макс, – я качаю головой, как заведенная.

– Я никуда не поеду без тебя…

Мне становится так страшно, что я впиваюсь пальцами в его одежду. Словно хочу завязать десяток надежных узелков, чтобы он не думал оторвать меня от себя.

– Ариш, я очень тебя прошу, – Макс нажимает уверенным голосом. – Сейчас не время для истерик. Мне нужно посадить тебя в машину. У нас мало времени.

Он гладит меня по голове, как маленького ребенка. А от его пронзительного обнаженного взгляда невозможно закрыться.

Он не просит, а умоляет. Но я не могу слушать то, что он говорит. И я не знаю, что делать дальше. Как исправить то, что он уже совершил! Он приехал в этот ужасный дом и он продолжает тянуть меня к выходу.

– Нет, Максим! – я завожусь и ударяю ладонями по его рукам. – Я не сяду ни в какую машину! Ты говоришь, что ты приедешь потом, значит вам нужно просто поговорить? Я подожду, я останусь в доме и подожду тебя.

За моей спиной раздается шорох.