Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но в ней была жива и любовь. Да, несмотря ни на что, она продолжала любить отца.

Несколько мгновений отец и дочь молча смотрели друг на друга. Их разделяли лишь несколько шагов, но сейчас для них это была почти непреодолимая пропасть.

– Ты не хочешь поздороваться со своим отцом, девочка? – В голосе графа не ощущалось ни гнева, ни осуждения, а только желание понять, что сейчас происходит с его дочерью и что у нее на уме.

Грейс присела в реверансе.

– Добрый день, сэр, – проговорила она дрожащим голосом.

Подняв голову, она, к своему ужасу, увидела слезы в темно-синих глазах отца, точно таких же, как и у нее, но только уже выцветших.

Раньше ее отец был настоящим красавцем, статным, с темными волосами.

– Сэр? – насмешливо переспросил граф. – И это все, на что я могу рассчитывать, Грейс? – Его лежавшие на набалдашнике трости руки заметно дрожали. Раньше его движения всегда отличались быстротой и уверенностью.

Сейчас, увидев его таким, Грейс испытала настоящий шок.

– Вир написал мне в Марлоу-Холл, – прервал молчание граф.

– И слава Богу, что он сделал это. Я сразу же поехал сюда, как только получил письмо. Я разыскивал тебя последние пять лет.

Неужели это правда? Когда он прогнал ее из дома, Грейс была уверена, что их разрыв – это навсегда. Отец никогда не менял своих решений.

И вот теперь он говорит, что искал ее.

Он изменился… Но что же послужило толчком к этому? Смерть Филиппа? Хотя отец даже не упомянул имя ее брата, призрак Филиппа присутствовал где-то здесь, совсем рядом.

Впрочем, нет, дело не в Филиппе.

Ведь он сказал, что начал искать ее пять лет назад, а Филипп был тогда еще жив и куролесил в Лондоне.

Нет, он искал ее ради нее самой, а не потому, что погиб его любимый сын.

– Ты сказал, что больше не хочешь меня видеть… – В ее голосе сквозила горечь, которую Грейс так и не удалось скрыть.

Ее замужество было самой большой глупостью, которую она сделала в жизни. И жалеть теперь об этом бессмысленно. Ей оставалось лишь одно – признать, Что она поступила безответственно, и постараться в будущем не повторять подобных ошибок.

Но рана в сердце ее отца уже не зарастет. В трудную минуту он отверг своего ребенка, и забыть это ему уже не удастся никогда.

Услышав эти слова, граф побледнел.

– Я многое сказал в тот день. И я действительно так чувствовал в ту самую минуту. Но когда ты ушла, я сразу же пожалел, что так обошелся с тобой. Через год разыскал Паджета и предложил ему стать управляющим одного из моих поместий, но он не захотел и слушать меня.