Звездная Академия. Алька Верник и наследие предков (СИ) читать онлайн

- Тогда предлагаю американскую народную, ее все знают! - оскалилась я, как мне показалось, озорной улыбкой, - про пожилого труженика сельского хозяйства!

Истарховы смотрели на меня с ужасом и полнейшим непониманием. Ну да ладно, что я, роботов песни не обучу?

- Так! Приказываю вам танцевать и подпевать, повторяя за мной слова песни! - я вскочила на кровать, пошатнулась, упала и повторно вскакивать даже не пыталась. Ничего! Я и лежа им рукой подирежирую.

Андроиды продолжали взирать на меня, как два барана, а я судорожно припоминала слова песни.

- У старого МакДональда былааа ферма. Ияй, ияй, оу! - запела я, безжалостно перевирая мелодию, - И на своей ферме он держал цыплят. Ияй, ияй, оу! Цып-цып тут! Цып-цып там! Здесь цып, там цып, везде цып-цып!

Я пела, к десятому куплету андроиды втянулись, даже попадали в мелодию и уж повторяющееся 'Ияй, ияй, оу!' подпевали с каким-то остервенением.

- Задорнее, задорнее, мальчики! - кричала я, смеясь и продолжала куплет про новое животное.

Думаю, старый Макдональд даже на картинках не видел тех животных, которые, судя по нашей с Истарховыми песне, водились на его ферме.

- У старого МакДональда былааа ферма. Ияй, ияй, оу! - голосила я, чувствуя, как безбожно слипаются глаза, - И на своей ферме он держал трекатов. Ияй, ияй, оу! Хыша-хыша тут! Хыша-хыша там! Здесь хыша, там хыша, везде хыша-хыша! А теперь сами, мальчики а я немного послушаю, а то голос охрип. Можете начать с цыплят заново!

Я удобненько завалилась на мягкие подушки, на третьем куплете Истарховских завываний завернулась в покрывалко и меня сморил сон.

Утро наступило быстро и как-то... неожиданно. Первое, что я услышала было:

- У старого МакДональда былааа ферма. Ияй, ияй, оу! - не пел, а скорее скрипел голос Истархова, - И на своей ферме лошадей он держал. Ияй, ияй, оу! Цок-цок тут! Цок-цок там! Здесь цок, там цок, игого!

- Истархов, - простонала я, хватаясь за голову, - заткнись, пожалуйста! Достал ты со своим МакДональдом! И какой дурак тебя надоумил петь эту мерзость!

Наступила блаженная тишина.