Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Оно заполняет меня, но вскоре сменяется ужасом. Снова начинает тошнить, я не верю, что всё это происходит со мной. Ещё несколько часов назад я была в объятиях Ильи и чувствовала себя неуверенно-счастливой, сейчас же попала в самый настоящий ад на Земле.

Как я вообще могла жить двадцать лет с этим человеком и не видеть, какой он на самом деле? Ведь невозможно же даже предположить, что тот, кого знал «от и до», вдруг меняется на сто восемьдесят градусов за считанные дни? Или возможно?"

"«Персидская, рядом с тобой я и сам становлюсь правильным», — приходят мне на память слова мужа, которые говорил мне не раз.

Тогда я не придавала им такого значения, как сейчас. Напротив, они казались мне таким интимным признанием, которого не делают люди, далёкие друг от друга. Теперь же взглянула на всё под другим углом.

У Вадима просто не было повода быть со мной таким, а сейчас есть с лихвой. И тут бесполезно спрашивать себя, как это вышло. Всё уже свершилось, осталось только сделать так, чтобы у меня появилась возможность держаться от всего подальше.

И от бывшего мужа, и от его пассии.

Звонок в дверь понуждает меня испуганно вздрогнуть и тут же сорваться с места, чтобы первой выбежать в прихожую. Открываю дрожащими руками замок на двери, даже не убедившись, что это действительно наряд полиции, а не друзья Вадима и Майи, которых они позвали на новоселье. И когда в квартиру входят трое в форме, отступаю, испытывая болезненную эйфорию.

— Кать, ты что, вызвала полицию? — со смешком уточняет появившийся рядом Вадим.

И так хочется прямо сейчас вцепиться ему в наглую физиономию и расцарапать её до крови.

Один из них представляется майором Вихровым, и я веду его по комнатам, сбивчиво рассказывая о том, что произошло. Почти сразу меня пронзает пониманием, насколько это покажется им неважным. Обычная семейная сцена между мужем и женой, находящимся на стадии развода, один из которых привёл в дом нового сожителя. Мерзко становится. И страшно. Что выгляжу полной дурой в глазах совершенно незнакомых людей. И что никто уже мне не поможет.

Майя всё это время сидит тихо, как мышь. Только здоровается с полицейскими елейным голосом, когда те заходят в кухню, чтобы осмотреть и её.

— Так, ну здесь всё ясно, — произносит Вихров, давая знак своим сотрудникам выйти. И когда те покидают квартиру, я отчётливо осознаю, что это конец. Помощи ждать от них не стоит.

— Екатерина Олеговна, как я понял, квартира принадлежит вам на праве собственности.

— Да.

— Куплена она в браке.

— Да.