Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Почему бы не поговорить об этом с мистером Китингом? – предложил Далтон.

– И чем мне это поможет? – мрачно поинтересовался Перри.

– Может, он тебе что посоветует, – пожал плечами Чарльз. – Или даже поговорит с твоим отцом!

– Ты что, шутишь? – усмехнулся Нил. – Не будь дураком!

Но, несмотря на все возражения, друзья продолжали настаивать, что если кто и поможет Нилу решить проблему, так это учитель литературы. После ужина все они направились на третий этаж жилого корпуса, где располагались комнаты преподавателей.

Тодд, Питтс и Микс остановились у нужной двери. Чарли постучал.

– Это все глупо, – запротестовал Нил.

– Но лучше, чем ничего, – возразил ему Далтон. Он постучал еще раз, но никто не ответил.

– Его нет. Пойдемте отсюда, – настаивал Перри.

Далтон дернул за ручку. Та со щелчком поддалась.

– Подождем внутри, – прошептал он, заглядывая в комнату.

– Чарли! Нуванда! А ну убирайся оттуда! – зашипели на него остальные. Но Чарли наотрез отказывался выходить, и после непродолжительных споров любопытство взяло верх – ребята тоже пробрались в комнату к словеснику.

Каморка его казалась необжитой, а атмосфера – весьма спартанской. Стыдясь своего вторжения, непрошеные гости переваливались с ноги на ногу.

– Не следовало нам сюда соваться, Нуванда, – прошептал Питтс.

Не обратив на него ровным счетом никакого внимания, Чарли начал обход. На полу рядом с дверью стоял скромных размеров голубой чемоданчик. На постели лежало несколько книг, некоторые из них весьма и весьма потрепанные.

Пройдя к столу, Чарли взял в руки рамку с фотографией прелестной девушки лет двадцати на вид.

– Ничего себе! Вы только поглядите! – присвистнул он.

Неподалеку лежало неоконченное письмо. Схватив его, Далтон зачел вслух:

– «Моя дорогая Джессика! Порою без тебя настолько одиноко…» Бла-бла-бла… «Все, чем я могу отвлечь себя – это рассматривать твой прекрасный портрет или, закрыв глаза, представлять себе твою ослепительную улыбку. Но картина, которую рисует мое воображение, – лишь жалкое подобие того, какова ты на самом деле.

О, как я тоскую по тебе, как желаю, чтобы…» – он так увлекся, что не слышал, как скрипнула дверь. Остальные тут же отскочили от Чарльза, который осекся, увидев словесника прямо за своей спиной.

– О, мистер Китинг! Какое счастье! – выпалил он.

Сохраняя спокойствие, Китинг приблизился, взял у Далтона из рук письмо и, согнув, убрал в карман."

"– Женщина – это святыня, молодые люди.