Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ну конечно! Преданная Верочка настучала ему по телефону о непонятной московской девице, и он еще до встречи со мной сделал определенные выводы и умозаключения, а познакомившись лично, искал лишь подтверждение этим выводам.

Нашел, разумеется! Кто ищет, тот всегда найдет!

А тут увидел, что бабушка переживает сильно и плачет, и, естественно, сразу кинулся ее защищать от меня. Ну молодец, кто бы спорил!

Но, отшумев грозой, нарвался на достойный отпор, был обезоружен легким эротическим шоком и только после этого сообразил, что, во-первых, не он меня приглашал на самом деле, чтобы так беспардонно выгонять, я же фамильный хрусталь не била, и кокаин любимой бабуле в чай не подмешивала, и вроде вполне доброжелательна.

А во-вторых, что ему придется как-то объясняться со старушкой, а если учесть, что теперь наверняка она станет плотно общаться с моей бабушкой и, вот сто пудов, я нажалуюсь той, как со мной здесь обошлись… Представили?

Он представил это еще быстрее, чем я сформулировала.

– Черт! – выдал конечный результат своих умозаключений господин Битов. – Простите, Василиса, я, кажется, был не прав.

Мужчина так легко признается в своей неправоте и просит прощения?!

Нет, определенно он мне все больше и больше нравится! Уважаю! Даже за эту миленькую оговорочку – «кажется» – уважаю еще больше! Ну не должен мужик совсем уж до конца признавать свою неправоту! Все-таки вождь, пусть и в отдельно взятой семье! Молодец!

– Если вы действительно любите свою бабушку, то поймете меня, – продолжил он покаянную речь.

– Что бы вы почувствовали и сделали, если бы я приехал к ней и привез письмо и вы увидели, что она страшно переживает, даже осунулась и плачет?

«Убила бы!» – влет ответила я про себя.

– Я очень хорошо вас понимаю. И наверняка вела бы себя точно так же в таких обстоятельствах, а то и хуже. Но это не отменяет того, что вы оскорбили меня.

Немного надутых губок не помешает. Пусть еще поварится в ощущении своей вины. Но что-то подсказывает мне, что этот мужик такой фигней долго страдать не станет.

– Давайте так, – выдвинул он предложение и улыбнулся. – Мы признаем тот факт, что оба любим своих бабушек и стараемся их защищать и оберегать. А посему забудем про досадный инцидент, имевший здесь место. Я прошу вас остаться и погостить у нас столько, сколько вы захотите, и обещаю сделать все возможное, чтобы вам было комфортно. И готов загладить свою вину всеми возможными способами.