Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я сделала все, как он велел, и тут же почувствовала его горячее дыхание у себя на шее. Едва ощутимо касаясь губами моей кожи, Стас провел неторопливую линию от плеча к груди и обратно, а потом я увидела, как его пальцы не спеша ныряют за край бюстгальтера.

Первой прикосновение к соску было таким ярким, что я невольно вздрогнула.

— Чувствительная девочка, да?

Конечно, ничего ему я отвечать не стала, но поклялась самой себе более ничем, ни вздохом, ни стоном, ни каким-то там вздрагиванием не показывать ему, как его действия влияют на меня.

Нет! Не бывать этому!

Его пальцы тем временем продолжали теребить мой сосок, в котором теперь стало еще и покалывать от прилившей крови. Добившись желаемого, Стас проделал то же и со второй моей грудью, а после решительно стянул вниз тонкие кружевные чашечки бюстгальтера. Они подхватили, приподнимая, бюст, так что возбужденные соски теперь торчали немного вверх и вперед.

— Какие они у тебя…

Даже не проговорив, а выдохнув это, Стас склонил голову, и через секунду одну мою грудь сжала его ладонь, в то время как сосок второй ощутил горячее и влажное прикосновение его рта.

Стас сосал и теребил, сжимал и вылизывал, тискал и даже несильно укусил, все-таки вынудив меня негромко застонать.

И тут же его рука, ранее мучившая сосок, двинулась вниз, пробралась под кружево трусиков и нырнула мне между ног…"

"— Кажется, кое-кто у нас тут уже вполне готов в дальнейшему.

Показавшийся очень горячим палец обвел клитор, двинулся еще дальше и вдруг свободно погрузился внутрь моего тела, скользнув по влажному с понятной легкостью…

— А раз так, давай-ка вставай.

Там, в правом верхнем ящике найдешь презервативы. Принеси их мне. Нет! Не поправляй на себе ничего! Пусть остается как есть.

Встав, я невольно глянула вниз, на себя. Приподнятые сдвинутыми вниз чашечками бюсгальтера груди нахально торчали вперед, из-под краешка трусиков показались бронзовые кудряшки на лобке… И правда «красота»! Возбуждение отступило, вновь нахлынул стыд, но делать было нечего, и я послушно сходила к рабочему столу хозяина кабинета, нашла там презики (он что, всегда ради подобных встреч их в рабочем кабинете держит?) и только на обратном пути вдруг особо остро осознала, что не просто голая, но развратно полуодетая, и что иду сейчас к чужому, в общем-то, мужчине, который сидит со стоящим колом членом в ожидании «продолжения банкета».

Причем иду не просто так, а для того, чтобы… Блин…

— А ты очень красивая.