Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он сейчас реально довел главного героя до слез? Да как же так??

- И-идем, - наконец смог вымолвить Шен, и, обогнув героя, двинулся вверх.

Ал остался на месте, продолжая плакать, мгновенно превратившись из гордого подростка, пытающегося держать лицо, в маленького беззащитного мальчишку. Впрочем, для такого сильного заклинателя как Шен, он в любом своем образе оставался маленьким беззащитным мальчишкой… До той поры, пока не окрутеет и не убьет учителя крайне зверским способом… Эх.

[Системное уведомление. +5 баллов к злодейской деятельности. Продолжайте стараться!]

Баллы прибавились, а радостнее от этого почему-то не стало. Шен растерянно замер на месте, не зная, что предпринять. А Ал поднял на него глаза… и бросился бежать прочь через лес!

«Да чтоб тебя!! Какого хрена?!»

Шен следил, как тонкая фигурка быстро удаляется, лавируя между деревьями. На лес опускались вечерние сумерки.

«Он НАСТОЛЬКО меня боится?? Настолько, что предпочел броситься на верную погибель в лес?!»

Прискорбно вздохнув, Шен направился вслед убежавшей фигурке.

Разыскать его у старейшины не составило бы труда, поэтому он не слишком торопился, позволяя мальчишке оторваться. Может, хоть бег поставит его мозги на место! И он осознает, что какой-никакой учитель все же лучше, чем компания оголодавших призраков!

Глава 4. Странное божество

Ал Луар споткнулся, оступился и кувырком полетел вниз с горы.

Чудом не свернув себе шею, несколько раз ударившись о деревья и острые камни, он упал на покрытую мхом поляну далеко внизу. Не сразу мальчик понял, что все еще жив. По голове и щекам струилась теплая кровь. Руки саднило так, что невозможно было двигать пальцами, перед глазами все расплывалось, а изо рта потянулась противная струйка крови.

Все, что он мог, – это кое-как перевернуться на спину и уставиться в быстро темнеющее небо. Перламутрово-голубой сменился темно-синим, показались яркие звезды.

Ал Луар лежал на влажном мхе так долго, что перестал чувствовать свое тело. Он очень отрешенно размышлял о том, что вся его жизнь закономерно пришла к этому моменту. Он так долго боролся, но все, что оставалось сейчас – это принять свою судьбу.

Во рту вкус крови смешался со сладостным послевкусием конфет, которые, как он и ожидал, получается, он попробовал перед самой своей смертью.