Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Точнее, он всегда оценивал это как свое полное право высказывать неодобрение хозяину Проклятого пика, следить и не давать ему творить гнусные поступки и все такое. О том, что это может работать в обе стороны, и на самом деле Шен не сменит плохое мнение о нем только потому, что мнение сменил Муан, он как-то не задумывался. А теперь вот старый добрый проклятый Шен снова смотрит на него, как на врага. Раньше подобное не вызывало никаких эмоций, а теперь почему-то уязвляло.

- В любом случае, я сказал все, что хотел.

Мне пора идти, - спокойным тоном произнес Муан, слегка поклонился, развернулся и пошел прочь.

Затем все еще наблюдающий за ним Шен увидел, как Муан запрыгнул на меч и взвился в воздух, быстро отдаляясь. Проводив его напряженным взглядом, Шен наконец перевел дыхание.

[+10 к злодейскому образу], - прокомментировала Система.

Шен прилег на мост и уставился в голубое небо."

"Несколько следующих дней прошли (на удивление) в тишине и спокойствии. Никто вообще не пытался покуситься на одиночество Шена в черном замке.

Он провалялся эти дни в постели, и, так как делать было совершенно нечего, успел задолбать Систему вопросами настолько сильно, что та уже несколько часов отказывалась выходить на связь. Зато узнал, как попал на пик Золотой зари, отключившись на поляне (Стоило бы поблагодарить Муана? Ни – за – что!), как активировать свою подавляющую темную ауру, что там за сюжетные арки и задания пооткрывались, когда он не обращал на это внимания, и почему в свое время старейшина Лев поссорился с Шеном.

Последнее оказалось довольно занятной историей. Оказывается, в прошлом Шен с Левом неплохо ладили, но у Лева всегда была небольшая слабость, а люди со слабостями были для Шена словно красной тряпкой для быка. Он просто не мог оставить все как есть и не воспользоваться своим знанием в угоду своей подлой душонке. Делал он это исключительно потехи ради. Слабость Лева была совсем наивной – он был тот еще коллекционер редких жемчужин. Причем не из каких-либо меркантильных соображений, а исключительно для эстетического удовольствия.

И узнал он как-то раз об одной огромной-преогромной красивенной жемчужине, которую, конечно же, охранял гигантский змей-демон, она была упрятана в недра горы, окутана древним проклятьем и так далее и тому подобное, насколько хватило скудоумной фантазии господина-глубинной-тьмы еще в бытность того обычным писакой. В общем, Лев организовал священный поход на жемчужину, уговорив Шена ему помочь.